– Не будь такой настырной, деточка. Не стоит назойливо всучивать нам свою дружбу. Это выглядит странно. Здесь тебя мало знают, а после того, как ты связалась с Наили, и вовсе боятся. Кроме всего прочего, ты даами кадиза и должна заниматься только его кармыком. Тут и без тебя справимся.
Обреченно вздохнув, я посмотрела на Карду. К своему удивлению, встретила ее дружелюбный взгляд. Что толку от ее симпатий? Битву за вливание в местный коллектив я проиграла.
– Дай им время, – добродушно сказала женщина и ободряюще похлопала меня по руке. – Если хочешь моего совета, то уговори кадиза устроить внеочередной день гша. Больно уж жарко в последние дни. Думаю, многие будут тебе благодарны.
Весело подмигнув, она оставила меня одну. Где-то позади раздался ее зычный голос, отчитывающий очередную девчушку. Ай да молодец, Карда! Как я сама до этого не додумалась?
День гша. М-м-м… Я тихонько застонала от удовольствия. Пока это лучшее, что я видела в новом мире. И то всего один раз. А уж с каким вожделением я ждала следующего, терпеливо отсчитывая дни. В Хирнэлоне не принято делить время на недели или месяцы, здесь считают только дни до Киршома – что-то вроде нашего Нового года. Всего их двести семьдесят два, потом цикл повторяется.
Если Грэгу удавалось найти обильный источник воды, чему я искренне поражалась и пыталась выведать у него секрет поиска, то примерно каждые двадцать дней устраивался день гша. Стоянку разбивали заранее и устанавливали на специальные крепления огромные чугунные котлы, под которыми разжигали костер.
Натаскать в них воду – задача не из легких – это делали мужчины, женщины занимались украшением и едой. В прошлый день гша я сначала подумала, что намечается серьезный праздник. Заваривали травы, готовили закуски, повсюду вешали ленточки, устанавливали огромную цветастую ширму из ткани, которая отделяла мужскую половину от женской. Люди выглядели довольными и находились в предвкушении. Как оказалось, в ожидании хорошенько помыться. Отличная традиция!
Для меня же это был настоящий праздник: я безумно тосковала по воде. Не по той, что можно выпить из чашки, а по той, в которую можно окунуться с головой. А дождь? Я мечтала о нем каждый день. Меня бы даже мелкая морось устроила. Как же я ее ненавидела в прошлой жизни! Холодно, влажно… какое же это было, оказывается, наслаждение!
Сухость и пыль сводили с ума. Пронырливый мелкий песок забивался повсюду, и моя кожа постоянно чесалась. Одежду приходилось вытряхивать по нескольку раз на дню. Каждый раз поливая себя из ковшичка, я исходила горючими слезами по своей любимой душевой кабине с гидромассажем.
Ванна же была апогеем моих грез. Поэтому, когда в прошлый раз для кадиза поставили отдельный котел, исходивший паром ароматных трав, я чуть в обморок от счастья не грохнулась. Думала, утону в нем от радости. Сидела в емкости несколько часов и наотрез отказывалась вылезать. В итоге Грэг домывался глубокой ночью в прохладной воде.
Я так замечталась о дне гша, что не заметила, как стемнело. И хотя вокруг горели факелы, приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не растянуться в пыли, споткнувшись об очередной камень. Зря я их высматривала: подлянку подложили не они, а небольшая ямка, куда попал носок моего сапога.
– Ах ты ж… – успела я лишь удивленно пискнуть.
Момент падения ощутился, словно в замедленной съемке. Колени плавно подгибаются, и я, как осенний листок, стремлюсь к земле, изящно вскинув руки. Я выставляю их вперед, чтобы так глупо не разбить себе лицо.
Мои планы нарушил Баиш, про которого я напрочь забыла. Он крепко схватил меня за шиворот и дернул вверх. В итоге я, как нашкодивший котенок, повисла в его руках. Фух! Успел! Вздох облегчения сорвался с губ.
– Спасибо, Баиш! – искренне поблагодарила я.
Мужчина, как обычно, промолчал, но отпускать меня не спешил. Его огромная ладонь крепко сжимала мою рубашку вверху спины. Часть пуговиц от рывка отвалилась, и теперь прохладный ветерок касался оголенной кожи на груди. Куда это Баиш уставился? Хотела уже его отругать, но, проследив за взглядом мужчины, замерла с открытым ртом.
В свете факела чуть слева на моей груди виднелся едва заметный серебристый круг. Подарок старика из парка нежно мерцал при отблесках огня. Надо же! Выполз паршивец в такой неподходящий момент. А я ведь столько дней тебя натирала, чтобы ты показался.
– Печать Кималана, – нахмурившись, тихо промолвил Баиш и выжидающе уставился на меня.
В голове пронеслась его история: потерянные источники воды Кималана, север, тяжелая судьба его жителей и похищенная дочь. Конечно, Баиш заинтересовался моим рисунком. Но мне не следует болтать. Лучше держать свои планы при себе. С силой дернулась и, задрав повыше подбородок, произнесла:
– Люблю творчество. Этот рисунок из книги кадиза мне понравился, и я его нарисовала. Печать Кималана говоришь? Что это?
