Я смиренно вытерпел все манипуляции над моим многострадальным телом. Доктор закончил перевязку и, кивая головой, произнес:
– Повезло вам с даами. Видимо, сильная у вас любовь.
Хорошо, что мой рот все еще отказывался повиноваться, а то бы доктора ждало большое разочарование. Он, словно не видя моего скривившегося лица, серьезно сказал:
– Но ума вам стоит поднабраться, – он цокнул и неодобрительно покачал головой. – На скалы с одной рукой…
Устало прикрыл глаза, догадываясь, что Ольга уже успела сочинить нам подходящую историю. Удивился бы, если бы это было не так.
– Отдыхайте, – негромко сказал доктор. – Скоро вернусь, и мы перенесем вас в кровать. И даами ваша пусть отдохнет нормально. Всю ночь здесь сидела.
Легонько кивнул и, чтобы отвлечься, задумался о дальнейших планах. Проснулся, когда меня поднимали и куда-то несли. Мягкая кровать вызвала стон боли, смешанной с удовольствием. Как же давно я не спал на толстой перинке! С этой сладкой мыслью я и провалился в пушистую дрему.
Следующие несколько дней я из нее и не выбирался. Словно решил отоспаться на всю будущую жизнь. Мой лечебный сон прерывался только на походы в умывальню и легкие перекусы. При каждой попытке встать меня шатало так сильно, что я доходил до своей цели, лишь цепляясь за стенку. Представляю, что бы сказала Оля, увидев меня таким слабым. Наверняка бы разродилась парочкой своих язвительных словечек. Где, кстати, она?
За все это время она ко мне и носу не показала. Неужели не знает, что мне ответить? Ну и ладно, пусть бегает. Недолго осталось. Больше я ее терпеть не буду. Но все же стоит узнать, в порядке ли она.
Что я первым делом и спросил, когда зашла женщина с подносом еды. Я не знал ее имени, пришлось вспоминать уроки воспитания, вбитые в меня с детства. Ид – мужчина. Как же обращаются к незнакомым женщинам в южных и восточных эрсидэ? Совсем вылетело из головы. Точно!
– Спасибо, ида! – искренне поблагодарил я. – Моя даами в порядке?
Женщина широко улыбнулась и затараторила:
– В порядке, в порядке, любезный ид. Каждый час о вас спрашивает. Говорит, не хочет беспокоить, чтобы вы поскорее поправились. Зовите меня Мари.
Вежливо кивнул и представился в ответ. Женщина установила поднос мне на кровать и налила в большую чашку заваренные травы. Их душистый аромат заставил меня глубоко втянуть воздух. О-о-о! Как же давно я не пил южных отваров! Забытый запах детства. Тихий протяжный выдох тоски сорвался с моих губ.
– Да вы не переживайте! – заверила меня Мари, приняв мои вздохи на Ольгин счет. – Скоро вы уже встанете и увидитесь со своей любимой даами.
У Мари даже дыхание сперло на последнем слове. Что с женщинами не так? Сдался им этот даами! Но я благоразумно промолчал, примеряясь к тонкой лепешке с сыром. Тем временем Мари продолжала весело тараторить:
– Ой, а какая умница ваша даами! Доктору помогает принимать больных, все спрашивает да записывает, а как слушает-то внимательно. Еще и книжки читать успевает день напролет. Какая молодец!
Сам не заметил, как скептически ухмыльнулся. Узнаю напористость Оли. Не удивлюсь, если выйду из палаты, а она уже и сама доктором станет. Лечить меня начнет… Ну нет, к ней я пойду только в состоянии полной безысходности. Непроизвольно нахмурился.
– Да вы не переживайте! – поторопилась успокоить меня Мари. – Она и гулять ходит, не все в застенках сидит.
С губ едва не сорвалось скептическое замечание, но вовремя сдержался. Не стоит впутывать чужих людей в наши непростые отношения. Еще раз поблагодарил женщину и с удовольствием принялся за еду.
– Вижу, аппетит возвращается, скоро встанете. Ну ешьте, ешьте. Пойду порадую Иттару, – закончила Мари и вышла из комнаты.
Не сразу понял, про кого она говорит. Значит, Иттара. Непривычно. К своему стыду, про несчастную погибшую девушку я даже не вспоминал. Память о ней полностью затмила Ольга. Слишком уж яркая и напористая. Мимо такой не пройдешь.
В голову закрался несмелый вопрос: а надо ли? Тут же сам себя одернул: надо! Как бы мне ни нравилась Ольга, я понимал одно: рядом со мной ее точно не симпатия держит. А с учетом ее мертвой души, уж точно не любовь. Тогда к чему мне пустые надежды и грезы? Хватит с меня безответной любви. Я слишком много думаю об Оле в последнее время, а надо бы поразмышлять о другом: как мне найти Маола и забрать свою руку. При воспоминании о неприятном типе мои зубы сжались.
Неужели я выбрался из забытых земель? Теперь главное – все сделать по уму. И первое, что мне нужно – раздобыть информацию о происходящем здесь в последнее время. Стоит поскорее окрепнуть.
С этой оптимистичной мыслью я впился зубами в свежеобжаренный кусок хлеба и застонал от удовольствия. Южные сидэ всегда славились выпечкой. Я, оказывается, по ней сильно скучал.
В последующие дни я с искренним наслаждением уплетал все, что мне приносили. В итоге, хороший уход и правильный настрой подняли меня на ноги уже через неделю.
