— Тпр-р-р-у-у-у! — скрипнув колесами, телега остановилась напротив нас.
— Батюшки! — воскликнула пожилая женщина, разглядывая нас. — Совсем раздетые!
— Кто такие и откуда-с подозрением поинтересовался старик.
Лиз попыталась что-то сказать, но вместо этого, от неконтролируемой дрожи, зубы только клацнули. Я кинула на неё опасливый взгляд: лишь бы язык не прикусила.
— Старый, ты что, сдурел?! — прикрикнула старушка на него и, повернувшись к нам, ласково добавила: — Садитесь милые. Ведь совсем околеете. Святая Милесенка, как же вас так угораздило.
И под причитания бабули с помощью, так думаю, ее мужа, я с Лиз кое-как забралась в повозку. Старая женщина укрыла нас пуховыми платками и стегаными одеялами, выуженными откуда-то, словно заправским фокусником. Затем женщина открыла корзину: в ней оказался сыр, хлеб, бутылка с плотной крышкой внутри которой плескалась жидкость неизвестного назначения. Все это добро перекочевало к нам в руки и, поев, я наконец-то почувствовала себя человеком. Лизка после перекуса немного ожила. Не удивлюсь если в сок, что мы пили, добавлен алкоголь.
Спустя полчаса, когда мы въезжали в деревню — это я поняла по домам и заборам — отогревшаяся Лизка, притулившись к моему плечу, дремала. Я же благодаря говорливой бабуле держалась из последних сил, борясь с сильнейшей сонливостью, и старалась не клюнуть носом собственную грудь. К тому, что говорила пожилая женщина, особо не прислушивалась. В голове моей было пусто, кроме одного слова — спать. Я бы сейчас легла спать и на снегу. Так устала.
Немного проехав по довольно-таки большой деревушке, старичок свернул лошадку направо и остановил у небольшого деревянного домика.
Как мы выбирались и шли до избы, я уж и не помнила. Все застилал туман усталости. В доме было чисто, но холодно. Усадив нас на лавку, женщина, несмотря на свои годы, сноровисто зажгла масляные лампы, а затем затопила печь. Я беспрестанно зевала и норовила уронить голову на стол. А Лиз отошедшая от мороза, сонно моргая, не без интереса оглядывалась.
Пока хозяйка хлопотала на кухне, тепло печи быстро распространялось по избе, лаская меня нежными руками за щеки уговаривая сдаться и сладко уснуть. Но противная Лизка, как только я пыталась прикорнуть, неизменно пихала меня локтем в бок, заставляя открыть глаза.
За перегородкой грохотала посуда, что-то шипело, скворчало; слышался стук ножа о разделочную доску. По избе стал распространяться умопомрачительный возбуждающий аппетит запах. Пришлось в срочном порядке глотать слюни, а то закапала бы пол. Рядом послышалось громкое бурчание: глянув на Лиз, заметила, как она держится за живот руками и голодным взглядом смотрит в сторону кухни.
В то время пока хозяйка накрывала на стол, подоспел ее муж: холод ворвался в помещение вслед за ним густым паром. Но дальше порога не сунулся, застенчиво облизав обувь, стоявшую на входе, мигом растворился в тепле.
Еда была простой, какая обычно бывает в деревне у любимой бабушки. Всего по многу, сытно и жирно! К такой пище мой желудок готов не был, но я умяла все со своей тарелки и попросила добавки ибо, лучше мучиться животом и бессонницей после такого ужина, чем вообще остаться голодной. Сидящая рядом Лизка поступила также, довольно щурясь при этом.
Ели молча. Только стук ложек о тарелки разбавлял тишину и негромкое причмокивание. Супружеской паре видимо хотелось нас расспросить о многом, судя по их любопытным взглядом, но стойко молчали, дав нам спокойно отужинать. И только когда миски из-под супа были убраны, а перед нами поставили чай, старушка нарушила молчание:
— Я Нирув, а это мой муж Нерур.
Пришлось поспешно отставить стакан: утерев рот, представилась за обоих:
— Нелли, а это Лиза.
Супруги переглянулись.
— Чудные у вас имена, — крякнул Нерур, бухнув стаканом о столешницу.
— У вас тоже, — зевнула Лиз и тут же зашипела, отдергивая от меня ногу.
Послав ей милую улыбку, за которой крылось предупреждение, быстро обратилась к хозяевам дома:
— Просто наши родители как-то ездили за море, а там у всех странные и весьма интересные имена. Вот и решили назвать необычно. — Щеки мои покрылись жарким, можно сказать, огненным румянцем, а сердце колотилось, словно в лихорадке. Надеюсь, ложь моя звучит правдиво и эти милые люди не ведают как там на самом деле за морем. И вопросов уточняющих задавать не будут.
— Вот как, — протянула Нирув.
— Какие у вас интересные браслеты, — обратил внимание на наши запястья хозяин дома. — Похоже на гномью работу.
— Дурень, смотри какая тонкая вязь. Однозначно эльфийская, — с видом знатока, припечатала хозяйка дома супруга. — Так откуда вы-Как оказались в наших местах?
Ну и что им ответить-Я как-то с Лиз это не обсуждала. А говорить про наше иномирское происхождение, великого желания не возникало. Неизвестно как местный люд к такому относится. Может попаданцев на кострах в этой деревушке сжигают. Бросив на меня короткий взгляд, Лиз решила взять дело в свои руки:
— Мы пришли из далеких краев в поисках легенд, баллад и мифов.
— Сказители что ли-кустистые брови Нерура приподнялись.
