Притихнув, Лиз старалась разглядеть звезды сквозь густые кроны, но ничего не выходило. Птицы давно перестали щебетать, спрятавшись в листве деревьев, и только потрескивание костра изредка долетало до слуха Ситар. Облокотившись на гладкий ствол дерева, и стараясь не думать о всяких насекомых, могущих заползти за шиворот или в ухо, Лизавета постаралась расслабиться. И это у нее получилось только когда рядом мерно задышал гарпия, и только тогда она провалилась в сон без сновидений.
***
Неясный шорох вырвал Лиз из липкого сна. Не открывая глаз и находясь все еще между сном и явью, Ситар поморщилась, ощущая онемение во всем теле и тяжесть в ногах.
Кое-как разлепив веки и потерев их пальцами, Лиз с удивлением обнаружила Нирлина на своих ногах. Вот откуда эта тяжесть. Положив голову ей на ноги, чуть выше колен, гарпия обхватил девичьи бедра руками. Правое крыло было сложено на спине, а левое наполовину укрывало Лизавету и ветку. И он снял маску! Правда с такого ракурса, Ситар не могла толком рассмотреть его лица. Только четкая линия скулы, и прямого ровного носа.
— Ну и наглость, — прошептала возмущенно-обескуражено девушка. — Эй, Нирлин, мои ноги не подушка.
Ситар чуть дернула затекшими конечностями, не смея дотронуться до спящего мужчины.
— Девчонка, дай выспаться спокойно, — ворчливо и хрипло отозвался гарпия, сильнее стискивая ноги Ситар.
— Вставай, Нирлин, снизу кто-то есть, — сделала вторую попытку девушка стряхнуть с себя мужчину. Тело ныло и просило движений, а в кончиках пальцев собирались тонкие иголочки — предвестники неприятных возвращений чувствительности конечностям.
— Знаю. Оно не так сильно и опасно. А теперь помолчи. — Ситар открыла рот, чтобы высказать все свое недовольство, как гарпия продолжил: — Разрешаю помассировать мне голову.
От негодования Лиз задохнулась. Из горла вырвались какие-то нечленораздельные булькающие звуки, Нирлин же фыркнул и, потершись щекой о ноги, затих.
Сердито скрестив руки на груди, Ситар возмущено засопела.
— Вот же ж крылатый засранец! — И тут же вскрикнула от болезненного щипка в бедро. Как он ее еще не поранил когтями для Лиз осталось загадкой. Как он вообще что-то мог делать с таким-то маникюром?
Немного успокоившись, Ситар оглядела прижимающегося к ней мужчину и решила воспользоваться предложением. Зарыться пальцами в его волосы заманчиво, но намного интересней будет потрогать крылья. Это было странное навязчивое и болезненное желание. Разве от такого можно отказаться-Нет! Девушка медленно протянула руку и когда подушечки пальцев почти коснулись пера, услышала предупреждение:
— Крылья не трогай. Тебе нельзя.
— А кому можно-удивленная таким поворотом, поинтересовалась Лиз. Как Нирлин догадался, что она собиралась потрогать крылья?
— Зирше или эрши.
— Это родственницы-Или твои… девушки?
— На нашем языке это означает жену и невесту.
— А у тебя есть жена или невеста?
Тяжко вздохнув, мужчина нехотя поднялся: красные волосы неровным растрепанным каскадом падали на плечи. Лицо Нирлина имело немного заостренные линии и высокие скулы.
— Прощай безмятежный отдых, — Нирлин потянулся, встряхнул крыльями. Потерев лицо ладонями, гарпия скомандовал: — Пора выдвигаться.
Вопрос о жене и невесте он так и оставил без ответа.
-------------------------------
Киены — редчайшая сладость, привезенная из-за моря посыпанная золотой крошкой. Плоские кругляши похожи на золотые.
Алкин — бог милосердия у гарпий.
Глава 16
Нелли
Два дня прошли скучно и однообразно. Голые деревья и тающий снег не прибавляли оптимизма. Но я с предвкушением ожидала весну, которая в Арквуре наступала рано и проходила стремительно. Не мудрено, что в некоторых местах снега практически уже не было.
На ночевку мы вновь останавливались в трактире. Не таком чистом и привлекательном как «Белая ночь», но лучше крыша над головой и теплые одеяла, чем спать на холодной земле. Да и Дар переживал о моем здоровье.
Злодеи больше не пытались напасть на нас, а может, не знали где мы. Ведь Дар уничтожил всех соглядатаев. И теперь чтобы вновь отыскать нас, потребуется немало времени.
Ближе к ночи, когда на небе заалел бок луны — луны тут оказывается, меняют цвет с наступлением определенного времени года — Дартаар остановил коня на ровной, круглой опушке и, спешившись, подошел к круглому камню. Этот светло-серый камень среди припорошенной снегом поляны, не имеющей ни единой травинки, смотрелся как-то странно и сбивал с толку. Только я хотела поинтересоваться у Дара, что он хочет, как эльф непонятно откуда взявшимся кинжалом резким движением порезал ладонь и приложил к поверхности камня. Тотчас по нему зазмеились желтые нити, складываясь в странный узор. Короткая вспышка и в воздухе что-то незримо поменялось. Даже я никогда не имевшая дел с магией и которая обрела их недавно, почувствовала, что что-то не так. Воздух стал словно еще чище, а ветви и кусты, переплетавшиеся и мешавшие передвижению, вдруг поднялись высоко, распрямились. Да и тропинка до того невидимая, вдруг предстала перед глазами.
Я сидела раскрыв рот и взирала на эти чудеса.
