– Отчасти и мне знакомо отсутствие родительской заботы. – Глядя вдаль, Джонни закурил. – Все девятнадцать лет я живу с отцом, но наши отношения гладкими не назовешь. Часто мы не понимаем друг друга и ссоримся из-за различия во взглядах на мою дальнейшую жизнь. Тогда он начинает шантажировать меня деньгами, ограничивая и оставляя без средств к существованию, пока я не приму его позицию. Я протестую как могу. Пару месяцев назад мне пришлось прожить несколько дней в машине.
От услышанного я поперхнулась кофе.
– Аккуратнее, – затушив сигарету о край лавки, произнес парень. – Попробовав такой образ жизни, я получил весьма интересный опыт.
Откровение Джонни не стало чем-то особенным и трогательным, и я не смогла проникнуться его историей. Либо из-за собственного душевного смятения, либо не получилось разглядеть в этом подлинную драму. Думаю, подобного рода протесты носят скорее показной и развлекательный характер. Когда обеспеченным людям надоедает привычный образ жизни, они стараются разбавить скучные будни причудами.
– А тебе, маленькая красивая лисичка, – лицо Джонни вновь озарила улыбка, – приходилось сталкиваться с похожими ситуациями?
– Я каждую ночь падаю в объятия жесткой приютской кровати. Поэтому имею представление о чем-то похуже, чем ночевки в машине.
Между нами повисло неловкое молчание.
– Может, хочешь еще чего-нибудь? – примирительно спросил парень.
Отрицательно покачав головой, я ощутила волну удушливой грусти. Нахлынувшее воспоминание о последней встрече с Кристианом в этом саду принесло душевную боль.
– Хочется только домой… – Я осеклась и еще больше помрачнела, осознав смысл произнесенных слов. – То есть в свою комнату.
Кажется, Джонни уловил внезапный перепад в моем настроении.
– Тогда, – Форсайт забрал у меня пустой стакан и выбросил в урну, – давай я тебя провожу?
Его забота всегда ставила меня в тупик. Я не понимала, как следует на нее реагировать. Ответить взаимностью у меня не было сил.
– Не стоит, – ответила я, поднявшись с лавочки.
– Но нам же по пути, – возразил он.
Обеспокоенный взгляд парня смягчил мой настрой.
– Тогда только до крыльца.
Джонни не смог скрыть радостной улыбки. Не выдавая больше никаких эмоций, я молча шла в направлении приюта. На выходе из сада пришлось столкнуться с любопытными взглядами прохожих и тихими перешептываниями за спиной. Девушки оборачивались и засматривались на Форсайта.
Вскоре мы уже стояли у старого каменного крыльца. Заглянув мне в глаза, Джонни медленно приблизился:
– Алисия…
– Спасибо за прогулку, – не позволив ему договорить, быстро произнесла я. – Пока!
Забежав на крыльцо, я поспешила скрыться за массивной дверью.
Лондонское туманное утро уговаривало остаться в комнате и не выходить никуда в столь промозглую погоду. Но в приюте ты не владеешь собственной жизнью в полной мере. Приходится следовать велению воспитателей.
Миссис Смит в свойственной ей отвратительной манере уже оповестила нас о начале нового дня. В последнее время в душе обосновалась глубокая апатия. Единственное, что могло заставить биться сердце чаще, – приход почтальона или появление Джастина в коридоре. Чтобы в очередной раз не пострадать от рук местного задиры, я стала ходить в сопровождении Теи. Наши отношения наладились, и она стала реже заговаривать о Кристиане. Так мне намного комфортнее. Только теперь все наши разговоры сводятся к Джонни. И сегодняшнее утро не стало исключением.
– В приюте только и говорят, как о твоей недавней прогулке в компании Джонни, – произнесла девушка.
– Не начинай, – закатила глаза я.
Лицо Теи вытянулось. Веселое настроение девушки сменилось молчаливой задумчивостью, и немного погодя она задала неожиданный вопрос:
– Ты никогда не рассматривала его как парня? Он симпатичный и пользуется популярностью у противоположного пола. Многие девушки мечтали бы заполучить себе такого парня. Только он не замечает никого… Почти.
Она сделала акцент на последних словах, что немного смутило меня. Джонни всегда вызывал во мне противоречивый ком чувств, который я по сей день не смогла распутать. Но я никогда не интересовалась его личной жизнью.
– Внешность не имеет значения, – после непродолжительного молчания ответила я, заворачивая за угол коридора. – Гораздо важнее внутренний мир человека и его интеллект.
– Да-да, – съязвила Тея.
Мне не понравился ее тон. Она либо пыталась вывести меня из равновесия, либо добиться признания. Я решила проигнорировать ситуацию, вызывающую эмоциональный дискомфорт. К тому же поведение Теи в последнее время казалось странным.
Открыв дверь, я увидела облокотившегося на перила Джонни. Парень задумчиво смотрел вниз. Стоило нам появиться, как он тут же приободрился.
– Доброе утро, Алисия! – Он задержался на мне взглядом, а после посмотрел на подругу. – Привет, Тея.
– Доброе утро, Алисия, – противным тоном передразнил появившийся Джастин.
