— Вот так вот, — с победным видом заместитель указал Стычкину на экран компьютера, — требуется разрешение минимум двух сотрудников с уровнем четыре!
Алексей лишь пожал плечами и вернулся к Авроре, которая продолжала корпеть над переводом «Сказок на запретных языках». Ключ к складу так и не был найден, ровно как и документация к замку. Дверь всё ещё подпиралась коробкой, подчёркивая прагматизм сотрудников Фонда.
Всё это время, пока дела во внешнем мире шли своим чередом, в голове Маргариты происходило то, что нельзя исследовать в силу субъективности человеческого опыта. Если для внешнего наблюдателя сотрудница потеряла сознание, спустя двадцать минут беспрерывного истерического смеха, то для Шихобаловой открывалась совсем другая картина.
В её голове диалог продолжался как ни в чём не бывало:
— Вот скажи мне, Бог имеет чувство юмора, или он серьёзный мужик? — Спросила Бритская-старшая, и искры в её глазах стали чуть ярче.
Не успела Марго ответить, как Текущий Момент, подобно реке, наткнувшейся на камень, разделился надвое. В первом случае Шихобалова, мотая рыжей чёлкой, ответила:
— Почему нет, ведь он создал всё, включая чувство юмора?
— Тогда может ли мир оказаться шуткой? — Переспросила Бритская.
А в другом, закинув ногу на ногу, и задумчиво сведя брови, Марго сказала:
— Я думаю всё серьёзно.
— Тогда почему некоторые люди относятся к жизни несерьёзно? — Также переспросила Фаина.
Каким-то непостижимым образом, то, что ещё совсем недавно было Маргаритой Шихобаловой, обнаружило перед собой две параллельно идущие жизни, различных лишь в ответе на вопрос выше. Русло этих двух рек снова сливались воедино где-то вдали, когда Марго было суждено проснуться, тем самым, объединив две линии жизни обратно в одну. До того дня, в каждом из двух миров, велась умопомрачительная беседа на острие философских и математических наук. В ходе этой софистической борьбы открывались всё новые и новые вещи, но сознанию Шихобаловой было не до этого. Подняв внимание над бурными волнами реальности, Не-Маргарита увидела как бесчисленное множество похожих рек движется по кругу, сливаясь в чёрную дыру по центру бытия.
— Ебать, — весьма озадаченно проговорила Не-Шихобалова, — Это водоворот?
— Почти, — голос Не-Бритской-старшей доносился будто через несколько измерений дальше, — Это галактика. У нас такая же, с дырой в центре. Повезло!
— Где же нам повезло⁈ — Взволнованно крикнула Не-Марго. — Мы же падаем!
— Мы не падаем, — успокаивающим тоном ответила Не-Фаина, — на нас просто действует гравитация.
— Это и значит падать!
— У нас это зовётся гравитационным скольжением Альгемайна. Он подвержен тем же законам физики, что и остальная материя, а значит притягивается планетой. А мозг тела как бы «линзирует» это дело, позволяя осознавать себя. Наличие дыры делает сей процесс куда стремительнее. Здорово же!
— Глупости! Этого быть не может. Стивен Хокинг говорил, что дыры испускают излучение на квантовом уровне, а значит со временем испаряются. Так что это такие же материальные объекты, как и всё остальное, и не могут служить абстрактной гипотезе о целостном сознании или универсуме.
Не-Бритская захихикала:
— Стивен Хокинг был абсолютно прав, вот только всё, что есть во вселенной — это одно сплошное излучение на квантовом уровне. Вселенная запредельно комплексная и очень сложная штука для понимания, отсюда и вопрос про Бога: это всё шутка, или тут всё серьёзно? Это правда происходит, или только у вас в голове?
— Жесть, — сокрушалась Не-Маргарита, — Доктор Марш тоже через такой трип проходил?
— Нет, — совсем уж рассмеялась Не-Фаина, — Он мужик крепкий. Всё пыталась свалить его, но он упрямо держится за ум и самообладание. Люблю таких. Прекрасны в своём неведении, — им хоть перед носом Атманом потряси, ничего, акромя проблем насущных не увидят. Ха-ха-ха-ха!
— Господи, что за пиздец, я же грибы не жрала никогда, только траву курила! Почему меня так несёт⁈ — Закричала Не-Маргарита, и вдруг… Проснулась!
Узнав от Оганяна о том, что Шихобалова пришла в себя, Марш ощутил, как груз ответственности легко и непринуждённо слетает с его плеч:
— Дурак я, не нужно было давать ей это задание.
— Да прекрати, — отмахнулся Директор, — что не убивает, делает нас сильнее. Лучше расскажи, что там с допросом Эрион.
С этими словами коллеги уселись за длинный стол в кабинете Артура.
— Я подвожу нашу психиатриню к этому делу, но боюсь, допрашивать гроб с останками она ещё не готова. Хочу, так сказать, направить её издалека. — Пояснил Владимир.
— Каким образом? — Спросил Оганян, положив руки на стол.
— Ну, во время моей ежемесячной беседы.
— Ага. — Одобрительно кивнул Директор. — Годится. Риггер как раз сегодня заканчивает дистанционный осмотр камеры содержания, завтра буду ждать результатов.
— Москва наседает? — Понизив тон, спросил Марш.
— Не то слово.
Стены кабинета огласил звонок на телефон Владимира.
— Да, — ответил доктор спустя секунду.
— Алло, Владимир, это Марго.
С тревогой переглянувшись с Артуром, сотрудник произнёс:
