Она вот-вот должна была оказаться в тёмной комнате, но кто-то появился прямо над её импровизированной могилой, прислонившись к земле грудью.
— Константин?
— Ага. Слушайте, оставьте Веру в покое. Она и так наполовину сумасшедшая. Боюсь, у неё человечности всего на пару смертей осталось.
— Сдалась тебе эта девка.
— Она нужна мне. — Ответил мальчик.
— Зачем? Жалость давит?
— Ну… Я, вроде как, это… Люблю её.
— Ясно. А она для тебя не старовата?
— Я не в этом смысле. Я её как человека люблю.
Если бы Белая была жива, пацан на поверхности услышал бы долгий скептический вздох. В ста метрах от них земляной голем сомкнул руки на туловище Веры, ограничив последнюю в движениях, после чего застыл крепким монолитом.
— Спасибо. — Сказал Константин, закрывая глаза.
— Не спи, замёрзнешь, — предупредила Белая.
— Всё хорошо. Ваша птица уже летит навстречу поисковому отряду. Хороший грач, добрый. Я сразу понял, что вы его как телефон используете.
— А ты-то чего убежал, дурак?
— Я хотел встретить Веру. Немного ошибся с курсом, и в результате…
— Я встретила её раньше. Мда. А чего не разговаривал? Мы думали, твои тлееды тормозят мысли.
— Так и было. Поэтому и сбился с курса.
— А чего заговорил тогда? — Допытывалась Анна.
— Чтобы сказать, чтобы вы не убивали Веру.
— Ну да, резон. Когда приедет отряд, свяжись с их командиром, объясни ситуацию. Они по-любому возьмут с собой особую сеть, — я Виноградову хорошо знаю, она любит перестраховаться. Укажи им путь до тела девчонки, пусть свяжут, понял?
— Понял.
— Всё, давай, до связи.
Сказав это, Анна Белая умерла.
Или не делай тайны, или сотворив тайну, знай её только один.
Внимание!
Нижеизложенный текст был удалён из основного раздела Истории в соответствии с требованием Специального отдела Российского филиала. Несанкционированный доступ к данным будет рассматриваться как измена и шпионаж, и повлечёт за собой все вытекающие последствия, в соответствии с международными соглашениями.
Глава 29: Святой Орден, и иные тайные общества древней Руси — Часть, не прошедшая цензуру.
[…]
Для историков Отдела «П», а позже и Фонда SCP, не секрет, что до появления на Руси устойчивого государства, контролем за аномалиями занимался монашеский Орден, чьё полное название, как и точное количество и имена сотрудников давно стёрлись из памяти человечества. Из обрывочных данных, дошедших до наших дней, становится ясно, почему нишу исследователей сверхъестественного взяла на себя именно церковь:
«Всякая вещь, недоступная уму, доступна духу (интуиции)» — один из известнейших афоризмов трактата «Брошенные в войну».
До той поры, пока человечество не ступило на путь научного прогресса, необъяснимое сдерживалось силами духовенства, которое в те годы было значительно могущественнее, нежели в наш информационный век. Хорошо это, или плохо — предмет отдельной дискуссии.
Нельзя точно назвать дату формирования Ордена, однако можно предположить, что это случилось стихийно в период с 900 по 1000 гг., хотя предпосылки к этому можно найти и в более ранних трудах летописцев запада.
[…]
Конкретный период русской истории связан с деятельностью так называемого Нежильца — личности, которую в обществе современных учёных принято считать либо вымышленной (как часть общего фольклора), либо своего рода должностью (титул внештатного агента, переходящего к разным людям время от времени). Из записей некоего корнета Лиходеева мы знаем о случае, когда на пороге Старо-новгородского Монастыря, — действующего штаба Ордена, ныне разрушенного по неизвестным причинам, — появился вышеупомянутый Нежилец. Агент утверждал, что покинул земли России по приказу тогдашнего руководителя, и смог вернуться лишь спустя сорок лет. К тому моменту самого руководителя уже не было в живых, а должность занимал другой человек.
Озаботившись тем, что некоторые миссии Ордена занимают времени больше, нежели средняя продолжительность жизни человека, был создан тайный круг людей, занимавшихся исключительно долгосрочными исследованиями. Нельзя точно сказать, какую роль в этом обществе занимал Нежилец, однако само название «Общество ядов» появилось лишь спустя сотню лет, и, вероятно, имеет отношение к одному из проектов Ордена.
Неделя пролетела быстро, но Маргарита Шихобалова этого не знала, так как все семь следующих дней она пролежала в коме. Штатный терапевт Зоны так и не смог определить причины такой реакции на короткую беседу с SCP-6315-RU «Девять жизней Фаины Бритской». Тем не менее, ВрИО Смотрителя Валентин Лебедев повесил на досье объекта плашку, ограничивающую доступ к исследованиям, включающих непосредственный контакт с итерациями Бритской.
