Деревья с хрустом падали одно за другим. Тяжесть, выходившая из под ладоней женщины, придавила Веру своим весом. Раздался хруст костей, и тело оригинала рухнуло на землю. Оставшись в теле копии, ведьма сместилась выше и на мгновение оказалась над кронами деревьев. Упав спустя секунду на промёрзлую землю, она услышала лишь хруст собственных костей.
Вскочив на ноги, девушка вытянула правую руки вперёд, выпуская в реальность десятки сверхъестественных нитей.
— Попробуй отразить это, сука! — Рявкнула Вера, чувствуя, как концы тончайшей сети проникают под кожу Анне.
Преимущество нитей было в том, что они тоньше, и потому это воздействие значительно сложнее парировать. И когда незримая сеть обернулась вокруг мышц Белой, девушка рванула её концы на себя, надеясь содрать с женщины кожу. Но та, выставив ногу, подалась вперёд, словно оступилась.
Глядя в налившиеся кровью глаза Веры, старший психиатр резервации лишь ехидно ухмыльнулась. Совершив видимое, но явно не аномальное усилие, Анна оттолкнулась от земли, отпрыгивая на пару шагов назад. В тот же миг только-только наросшая кожа на руках молодой ведьмы, от ладоней и до предплечий была заживо содрана, открывая лунному свету сплетение сухожилий и мышц.
— Сука! — Взвыв скорее от досады, чем от боли, Вера рухнула на колени, рядом с мёртвым оригиналом. — Ах, ты ж блядина!
— Назовёшь меня так ещё раз, и я заставлю твой язык засохнуть, — заверила Анна, делая несколько шагов навстречу девушке, — я отлично владею не только жестовой, но и вербальной тауматургией.
Обняв себя окровавленными руками, молодая ведьма ощущала, как кровь остывает, выходя из стадии кипения. Сжав зубы в оскале, девушка усилием воли заставила взлететь несколько булыжников, лежащих в округе. Тяжёлые камни, сохранявшие покой на протяжении десятков лет, внезапно для самих себя были приведены в движение. Один за другим они устремились в голову Анны, что подходила всё ближе, ослабив бдительность и хватку тауматургических щитов. Опомнившись слишком поздно, Анна Белая успела увернуться лишь от первых нескольких камней, но последний с хрустом влетел женщине в затылок. Оставив обширную трещину в черепной коробке старшего психиатра, он отскочил на землю, чтобы вновь вернуться к прежней жизни в полной неподвижности.
У Белой помутнело в глазах. Шатаясь, словно пьяная в стельку, она безуспешно цеплялась за кору ближайшего дерева. Коснувшись места удара рукой, одетой в чёрную перчатку, она посмотрела на неё и увидела кровь вперемешку с какой-то студенистой серой массой.
— Вот чертовка! — Прошептала женщина, падая на спину.
Глаза, утратив живой блеск, закатились. Жизнь медленно выходила из тела Анны. Сознание женщины сворачивалась до размеров игольного ушка.
Поднявшись на ноги, Вера дала своей крови остыть. Горло болело от долгих криков. Шум голове утих. Деревья больше не падали, а лишь качались в порывах ледяного ветра. Было холодно. Безумно холодно!
Поскальзываясь на фарше, что остался от тел животных, девушка уходила всё дальше в чащу. Если бы в этот момент она оглянулась, и окинула взглядом сцену этого короткого побоища, то увидела бы, как среди поваленных деревьев, между забрызганных кровью стволов, изувеченных до состояния щепок, тело Анны медленно уходило под землю. Радиус интуиции, ослабший после битвы, уже не видел, как земля расступается под умирающим телом, повинуясь древним дисциплинам. Если бы только Вера обернулась, она бы узрела ту самую посмертную тауматургию слияния с материей, о которой слышала лишь из рассказов бабушки Полдень. Но Вера продолжала ковылять дальше, наплевав на мир у неё за спиной.
Спустя несколько минут, когда сердце девушки успокоилось, она ощутила себя абсолютно пустой. Вера была вымотана до предела. Тяжкое чувство страдания сменилось тупым безразличием ко всему. Так что когда земля перед ней вдруг взмыла вверх, и в свете луны обрела форму многотонного голема, для удивления уже не осталось сил.
Две тысячи лет назад Гетера слилась с озером, предварительно утопив себя в нём. Результатом стало колоссальное высвобождение энергии, и капитуляция гиганта в иной мир. Анна не была столь же сильной, она даже не знала о той легенде, но была достаточно старой, чтобы иметь представления об этой забытой технике посмертного слияния с материей. Странная штука, действующая за счёт Альгемайна — умирающее сознание взаимодействует с окружающим миром, подчиняя его себе.
Высокий четырёхметровый великан, являющийся продолжением Анны, повинуясь всё тем же незримым течениям, схватил тощее тело Веры и со всего размаха обрушил его на твёрдую промёрзшую землю. Отхаркивая кровь из лопнувших лёгких, девушка хотела была выставить жестовый щит, или предпринять попытку сотворения достаточно большого лезвия, но массивная, тяжёлая смесь земли и камня впечатала её в реголит, ломая рёбра. Защищаться уже не было сил. Глядя, как чудовище заносит руку для очередного удара, Вера лишь сомкнула разбитые челюсти, чтобы не наглотаться земли.
— Не нужно убивать её, — чей-то голос вдруг достиг угасающего сознания Анны.
