Горбачев тем временем накрыл на стол, и когда Потоцкий с Зайцевым пришли на кухню, там уже все было готово к приему пищи.
— А где водитель? — спросил начпрод. — Его же тоже нужно накормить!
— Он на пруду. Рыбу ловит, — улыбнулся Горбачев. — Я уже послал за ним ребят, так что он скоро придет. Кушайте!
Минут через пять явился водитель. Довольный. Раскрасневшийся. — Вот, целое ведро! — воскликнул он, показывая свой улов. — Не рыбалка, а одно удовольствие!
— А куда ты будешь эту рыбу девать? — поинтересовался Горбачев. — Нам она тут не нужна! Сколько можно жарить?
— Не знаю, — пробормотал шофер. — Я думал, она вам пригодится. Иначе бы я выпустил ее обратно в озеро!
— Ладно, давай, я заберу ее, — сказал Потоцкий. — Положите мне эту рыбу, товарищ Горбачев, в полиэтиленовый мешок. А ты, садись! — махнул он рукой водителю. — Скоро нам уезжать и тебе нужно поесть!
— Ну, что, Ваня, до свидания! — обратился Зайцев к Горбачеву, когда наши герои поужинали. — Спасибо тебе за прием, за еду! Счастливо оставаться!
Они обнялись.
Лишь поздно вечером Зайцев вернулся в роту. Они больше часа добирались до города. Потом поехали домой к полковнику Худкову и разгрузили у него в сарае мешки.
Усталым вошел Иван в казарму и уже хотел раздеваться, как вдруг его окликнул дежурный по роте.
— Что случилось? — спросил Зайцев, сидя на кровати.
— Тебя тут разыскивал Розенфельд, — ответил младщий сержант Прелов. — Он скоро придет на вечернюю поверку. Поэтому, лучше бы тебе не ложиться.
— Какая еще вечерняя поверка? — удивился Иван. — Уже десять минут одиннадцатого? Я думал, что вы уже давно объявили отбой!
— Или ты не видишь, — улыбнулся дежурный, — что никто еще не ложился спать? Смотри, вся рота бодрствует!
И действительно никто не спал! «Старики» и «черпаки» смотрели по телевизору какой-то фильм. «Молодые» воины болтались без дела по коридору.
— Так что же случилось? — забеспокоился Зайцев. — Неужели опять «чепе»?
— Нет, новый командир части распорядился проводить теперь отбой не в десять часов, как раньше, а в одиннадцать! А вставать будем в семь часов!
Вот так новость! — буркнул Иван. — Не зря говорят, что «новая метла по-новому метет»! Мы еще в глаза не видели нового командира, а он, погляди-ка, уже новые порядки заводит!
— Я уже видел нового командира, — сказал Прелов. — Седой такой, худющий полковник по фамилии Нюрин. Он проходил по плацу, когда я бегал к дежурному по части. Ну, я отдал ему честь…А он остановился и стал щупать, как сидит у меня ремень!
— Видимо, какой-нибудь строевик! — пробормотал Зайцев. — Этот нам устроит жизнь! Слава Богу, что служить осталось каких-нибудь два месяца!
— Вам-то да, служить осталось немного, — кивнул головой Прелов, — а вот нам-то каково? Пристраивайся теперь к новым порядкам!
— Ничего, приспособитесь, — улыбнулся Иван. — Где наша не пропадала? Кстати, а зачем меня разыскивал Розенфельд?
— Не только он, — ответил дежурный. — Приходил и майор Подметаев. Он тоже тебя искал. Значит, им что-то от тебя потребовалось!
— Не знаю, — пожал плечами Зайцев. — Ладно, подождем окончания поверки, а там разберемся!
В самом деле, на поверке присутствовал командир роты. Но он вел себя довольно пассивно, в перекличку не вмешивался и сразу же, как только прокричал последний солдат, объявил команду «Разойдись!»
Иван оставался на своем месте, ожидая, что Розенфельд позовет его. Так и случилось. — Иди-ка сюда! — махнул ему рукой капитан и направился в канцелярию. Зайцев вошел вслед за ним.
— Садись! — указал Розенфельд рукой на стул и уселся за стол напротив Ивана.
— Что случилось, товарищ капитан? — спросил Зайцев. — Зачем я вам понадобился?
— Тут, понимаешь, у нас возникла одна проблема, — произнес капитан и пристально посмотрел на Ивана. — Видишь ли, сегодня в роту приходил майор Подметаев. Он не знал, что ты уехал в колхоз и поэтому разыскивал тебя. Ну, я ему все объяснил. Тогда он рассказал мне, зачем ты ему понадобился. В общем, понимаешь, в Политотделе имеется разнарядка обкома КПСС о приеме в ряды партии новых членов. Ну, и не хватает нескольких человек. Одним словом, майор Подметаев предлагает выдвинуть тебя кандидатом в члены партии!
— Как это выдвинуть? — возмутился Зайцев. — Без моего ведома и согласия? Я же не просился в партию?
— Да никто не собирается тебя насильно заставлять! — возразил Розенфельд. — Понимаешь, он только хотел с тобой поговорить об этом. Надеялся, что ты проявишь уважение к Политотделу и войдешь в их положение!
— Но я не хочу! — закричал Иван. — Я и так в комсомоле! Зачем мне еще вступать в партию, когда осталось служить считанные дни? Ну, стану я кандидатом в члены КПСС, а что потом? Через год, уже на «гражданке» придется вступать в члены партии! Опять эти бюро, собрания…Замучают! Да потом всю жизнь плати членские взносы и сиди, слушай всякую фуйню на партсобраниях!
