Мэри выдернула руку и только подбежала к двери, как внезапно остановилась. Гарри почувствовал облегчение, но она сделала кое-что похуже. Девушка сняла через голову толстовку, которую Гарри давал ей еще с утра. Она оставила ее на столике, оставшись в одной маечке. По спине Гарри прошелся озноб, словно это он замерзал, а не она. Невозможно полюбить за три дня. Им обоим казалось это бредом. Адденс дернула ручку двери и помчалась на улицу. Она спускалась не на лифте, а по ступенькам. Это было быстрей. Мимо пролетали двери, лестничные площадки. Но на самом деле Мэри не видела ничего из этого. Просто хотелось закончить то, что все равно закончится. Время идет, но ничего никогда не меняется. Надо быть реалистом. Она соскочила с последней лестницы и, чуть ли не врезаясь, выскочила на улицу. Погода разыгралась не на шутку. Проливной дождь лил, словно из ведра. Банально. Она слышала, как его голос звал ее по имени. Но он не остановит ее больше. Мэри облокотилась спиной о стену и от бессилия, с тяжелым дыханием сползла вниз. Слезы скапливались в уголках глаз. Зачем она верила ему? Кто она такая? Они были разные. Две параллельные вселенные. Мэри обняла колени, пока вода спускалась с макушки к кончикам волос, к оголенным плечам. Ее сумка, которую она наспех схватила, промокла в луже рядом.
— Мэри!
Зов. Да, это был его зов.
Гарри подбегал к ней от двери здания, и она тут же нашла в себе силы встать и идти в противоположную сторону от него. И как он смел еще идти за ней?
— Подожди, — он кричал, догоняя ее. — Дай мне объяснить.
— Гарри! — она крикнула, срывая голос. — Этому нет объяснения.
Она снова развернулась, прокладывая путь к более людному месту. Дождь разделял их, как стена, при этом поглощая ярость или боль в их голосах.
— Выслушай меня, пожалуйста.
Ее запястья обвили теплые пальцы. Мэри накрыло истерикой. Она стала выдергивать руку и плакать, как маленький ребенок, но парень крепко держал ее, ожидая, когда она успокоится.
— Я не хочу, — Мэри дрожала от холода.
Или может, от его прикосновения? Может, ей стало омерзительно его прикосновение? Гарри старался отодвинуть эту мысль на последнюю планку.
— Мэри, ты единственная, кто…
— Замолчи. Нет, — она пыталась закрыть уши. — Нет, нет, нет…
Ее голос рвал дыру в его груди.
— Пожалуйста, дай мне сказать кое-что.
У нее в голове было одно. Как он смел вести себя так? Ведь она не делала ничего плохого. Наоборот. Она пыталась оттолкнуть от себя Найла просто потому, что Гарри не нравилось их общение, потому, что он ревновал. Этот эгоистичный человек ее ревновал. Она оттолкнула Найла, который был с ней так мил.
— Мэри.
— Зачем?
Она уставилась на него, не в силах сдвинуться из-за его хватки.
— Зачем приглашать меня, если ты уже пригласил кого-то другого?
Гарри смотрел то ли на нее, то ли сквозь. И она поняла, что не хочет больше ни минуты стоять с ним.
— Просто… Я просто не понимаю, зачем, — она остановилась. — Я думала, что ты другой. Не знаю, почему я так думала. Но ты оказался такой же, как все.
Он ослабил кисть, и Мэри смогла отойти на шаг дальше.
— Ты оказался даже хуже, Гарри. Потому что ты дал мне надежду.
— Мэри, я не…
— Нет, — она схватилась за волосы. — Не оправдывайся. Пожалуйста.
Ее майка была уже вся промокшей. Она даже выдавила из себя смешок, удивляясь комичности происходящего.
— Знаешь что, Гарри?
Она сделала шаг к нему.
— Если ты выбираешь между мной и кем-то еще, не выбирай меня.
Все ее чувства: вся злость, обида, боль, раздражение, — собирались в груди. Давление в этом месте не давало дышать и мыслить трезво. Мэри развернулась и широким шагом направилась вперед. Куда-то, неизвестно куда, но только подальше. Тяжелые шаги послышались за ее спиной, и она закрыла глаза, чтобы слегка прийти в себя. Гарри схватил ее за запястье. Опять.
— Эй, — он резко развернул ее к себе. — Да, ты права.
Его грудь медленно вздымалась и опускалась. Он провел рукой по волосам.
— Я — придурок. Да, я пригласил вас обеих. Но поверь, когда я приглашал тебя, я понял, она мне не нужна.
Их зрительный контакт держался несколько секунд, прежде чем Мэри вырвала руку и направилась дальше. Но он снова ее остановил.
— Гарри…
— Нет, дай мне договорить. — Он внимательно смотрел прямо в ее карие глаза. — Мне… никогда, никогда не было так хорошо и так просто. Я с тобой не Гарри Стайлс из One Direction. С тобой я просто я, — он крепче сжал ее кисть в своей большой ладони. — Пойми, я…
— А завтра?
Гарри недоуменно на нее посмотрел. Ей не верилось в его слова. Три дня. Три глупых дня они были знакомы. И до чего они докатились за три дня? Это являлось абсолютным абсурдом.
— Завтра ты встретишь другую девушку, с которой тебе будет лучше, чем со мной, и станешь говорить ей то же самое, что сейчас сказал мне, — ее голос дрожал, и она ничего не могла с этим поделать. — С чего ты взял, что я одна такая на свете? До меня тебе казалась идеальной она. Теперь я. А потом кто-то еще.
Медленно, но все-таки он разжал пальцы.
— Ты не можешь доказать мне, что завтра новая девушка не объявится.
