Грузовой отсек был заперт снаружи. Это исключало готовящегося к нападению шестого охранника. Раздался еще один удар.
– Пожалуйста, – пробормотала пестро-красная девушка. Глаза ее были закрыты, а рядом с было еще более окровавленное тело.
Я хотела ее вытащить, но не могла дотронуться. Даже если слить остаток энергии, токи во мне навредят ей, а она и так уже выглядела как на грани смерти. Указания Ганнибала Стивену теперь стали понятными.
– С тобой все будет хорошо.
Ярость заставила мой голос звучать сильнее, чем я себя чувствовала. Глаза девушки распахнулись.
– Кто ты? – пробормотала она.
– Я человек, который убил всех до последнего вампира на этом судне, – сообщила я ей. После знакомства с содержимым грузового отсека я не стану отказываться от своих способностей. На самом деле я была рада, что взорвала пятого охранника вдребезги.
Она рассеянно улыбнулась, словно потерялась, и ее глаза снова закрылись. Чтобы привлечь ее внимание я загремела дверью.
– Не надо. Ты должна бодрствовать, и если там есть еще кто-то живой, тебе нужно разбудить и их тоже. Скажи мне что-нибудь.
Ее глаза открылись, их синева напоминала мне о Гретхен. Они выглядели так же, как у нее.
Мой гнев нарастал.
– Есть, – и она начала трясти ближайшее к ней тело.
– Вставай, Дженис. Помощь уже в пути.
Я встала, сосредоточенная на свежей цели.
Затем я открыла все двери в крошечной прихожей. Две из них оказались шкафами, одна ванной комнатой и четвертая…
Я бросилась вперед. Максим лежал на полу в маленькой спальне, с клейкой лентой на губах, связанный от лодыжек до шеи чем-то вроде серебряной колючей проволоки. Она была обернута вокруг тела так туго, что шипы исчезали в коже, словно его борьба загоняла их все глубже. Попытайся я распутать провод, порезала бы пальцы, но хотя бы с кляпом помочь могла. Я сорвала кляп и стала хлопать по лицу, но он все еще не открывал глаз.
– Максим, очнись!
Без ответа. Если бы не тот факт, что вампиры, умирая, превращались в сухую шелуху, я бы поклялась, что уже слишком поздно. С мучительной медлительностью он открыл глаза.
Я уставилась на него в ужасе. Его белые волосы покрылись прожилками темно-серых линий. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что под засохшей кровью его кожа покрыта похожими полосами.
– Они не извлекли из тебя жидкое серебро, – прошептала я.
Никакого ответа от Максима. Его глаза закатились, и он вздрогнул так сильно, что сорвал проводом куски своей плоти. Марти говорил мне, что будет с вампиром, если жидкое серебро будет оставаться в нем достаточно долго. Это не убило бы Максима. Но сделает что-то похуже: мозг будет отключаться, пока он не сойдет сума, и как только он достигнет этой стадии, пути назад уже не будет. Даже если я перережу на нем колючую проволоку, настоящий яд по-прежнему будет уничтожать его изнутри.
Максим не мог помочь мне в спасении умирающих людей в грузовом отсеке. Он даже не мог спасти себя.
Я обыскала останки мертвых вампиров. Лишь у Ганнибала был мобильник, но он оказался разрезан надвое вместе со всей верхней частью его тела. Затем я провела несколько минут, бесполезно пытаясь воспользоваться системой связи судна, но я уничтожила ее вместе с вампиром, упавшим на меня. Даже если существовал номер 1-900-телефон-доверия-вампиров, у меня не было способа его набрать. Я не видела огней соседних катеров, да и того, что могла бы послать в их сторону. Двигатель сгорел, как и система коммуникаций.
Мне хотелось закричать от чистейшего разочарования. Должно быть что-то, что я могла сделать.
Затем, когда логика во мне взяла верх, разочарование стало исчезать. Я могла подождать пока нас, в конце концов, вынесет к земле или на путь другого судна, но тогда будет уже слишком поздно для остальных. Однако, был один вампир, которого я могла достать без помощи технологий. И, несмотря на множество причин не желать этого, если я не хочу, чтобы Максим сошел с ума, а люди умерли, то у меня нет иного выбора. Я села на участке палубы, который не был покрыт частями тел. Прохладный ветерок развевал волосы, я провела правой рукой по коже, найдя след знакомой сущности, и пошла по нему. В следующую секунду палуба исчезла, и я обнаружила себя смотрящей на мотель со стоянки в Саут Бенд.
