Умные люди говорят, что женская красота и особенно ее умелое использование — это сверхмощное оружие, не поражающее только слепых.
Мои друзья без особого сопротивления сложили оружие к алтарю этой красоты. Я уже немного успел привыкнуть к Свете, а вот они…
Противно затрещал звонок, и Мичман, недовольно вздохнув, пошел открывать дверь.
— Виктор, это к тебе, — как-то неуверенно произносит он, входя в комнату. Следом за ним вошел высокий худой парень в широкополой шляпе.
Его лицо мне кажется очень знакомым.
Ах да, это же один из колдунов, участвовавших в охоте. Непроизвольно напрягаюсь, готовясь к неожиданностям. Теперь у меня нет ни малейшего желания сражаться с чужаками, но вот какие у них планы в отношении меня…
— Я пришел передать тебе слова Сешога, главы клана Отрапсис. Он будет говорить с тобой моими устами, — церемонно произносит он чуть хрипловатым голосом. — Внимайте.
По парню прошла волна дрожи. Голова его на мгновение опустилась на грудь, а глаза закрылись.
— Добрый день всем, — начал он старческим голосом Сешога, подняв голову и открыв глаза. — Я буду говорить от имени клана. Мы не имеем к тебе никаких претензий, — он пристально посмотрел в мою сторону. — Ты не отвечаешь за зло, принесенное тобою нам. Твоей спутнице также ничего не грозит, — он перевел глаза на жмущуюся ко мне в поисках защиты Светлану. — Не грозит только из уважения к тебе, как настоящему воину. Мы давно не сталкивались с таким мастерством. Для нас было честью быть твоими врагами!
Мичман и Мотор удивленно переглянулись, а потом взглянули на меня.
Мотор даже опустил на пол тяжеленную гантель, за которую ухватился при первых словах гостя, собираясь в случае надобности применить это импровизированное оружие.
— У меня есть вопрос, — говорю, глядя на изменившиеся черты лица говорящего. Теперь лицо представляет собой некую комбинацию черт молодого парня и возрастных морщин старика.
— Слушаю.
— Кто изменил мое сознание и превратил в охотника на колдунов? Зачем это ему понадобилось? Почему я помню все, кроме момента влияния на меня? — Я встал с дивана и подошел впритык к парню, отстранив в сторону стоящего столбом Мичмана. — И наконец, кто вы и что вам здесь надо?
— Это называется один вопрос? — улыбнулся парень. — Хорошо, я отвечу. Но не совсем по порядку. Мы — беженцы. — Он печально вздохнул. — Более ста земных лет назад наш клан был вынужден покинуть свой мир и обосноваться здесь.
— За что ж вас так? — полюбопытствовал Мотор.
— Многие миры крайне отрицательно относятся к колдовству и всему, что с ним связано. — Сешог развел руками, выражая свое непонимание такого отношения. — Даже после того как мы покинули родину, правящий совет не успокоился и раз за разом посылал сюда охотников. Именно за такого охотника на колдунов мы поначалу приняли и тебя. Я рад, что вовремя обнаружил пленку, удерживающую часть твоего разума взаперти. Иначе… — он сделал многозначительную паузу.
— Костер, — подсказываю я.
— Да. Все охотники умирают на костре. Полностью убить их может лишь очищающее пламя. — Он совершил руками какой-то непонятный для меня, скорее всего ритуальный, пасс. — Кто-то из наших врагов соответствующим образом обработал твое сознание, вложив в него желание нашей смерти и необходимые для этого знания. Кроме этого, они снабдили тебя оружием, способным выдерживать наши стандартные боевые заклинания. Точнее сказать, кто это был и как это произошло, я не могу. Эта область твоей памяти закрыта так, что при проникновении в нее есть очень большой шанс сделать тебя полным идиотом, умеющим разве что мочиться в штанишки и пускать губами пузыри.
Я поежился.
Жаль, что он не может указать на злодея, сотворившего такую пакость у меня в голове. Я бы ему…
— А беспредельничать зачем? — с укоризной спрашивает Мичман. — Устраивать боевые действия чуть ли не в центре города? И те же маги… Чем, спрашивается, они вам мешают?
— Беспредельничать? — искренне удивился Сешог. — Клан пытается выжить, и не более. А насчет магов, — он невольно бросил в сторону Светы жадный взгляд, — это настолько большое лакомство… Трудно сдержаться.
— Лакомство? — возмутился Мотор. — И вы вот так просто, ради удовольствия убиваете ни в чем не повинных магов?
— Уважаемый Мотор! А вы, спрашивается, чем лучше? Мясо едите? А рыбу? А сколько живности вы отправили на тот свет, работая на гномов? — увидев растущий на лице Мотора протест, он пылко добавил: — И давайте не будем спорить о разумности. Лучше перейдем к наиболее приятной для вас части беседы. У клана для вас три подарка. Я думаю, вам понравится.
Он протянул мне сложенный вчетверо тетрадный лист и многозначительно взглянул на Светлану.
— Это адрес мага. Настоящего мага. Причем весьма сильного.
— Настолько сильного, что вы не решаетесь попробовать полакомиться им? съязвил Мотор, поглаживая гантель.
Сешог сделал вид, что не расслышал этот вопрос, и продолжил:
— Стас и Рита живы. Они в рабстве в мире…
— Откуда вы?.. — вскочил на ноги Мотор и ухватил гостя за лацканы пальто.
