– Наверное, поняла. Думаю, тетка начала шантажировать отца Алены сразу. Он тоже мог связаться с дочерью и все ей рассказать. Я решила не вмешиваться. Тетка действовала подло, но я была в этой ситуации бессильна. Меня больше волновало то, что было написано в дневнике. Борис Михайлович звонил иногда. Интересовался, как у меня дела. Но после этого случая я избегала долгих разговоров. Подумала: вдруг он не очень хороший человек?
– Когда умерла мать Алены, вы поняли, что это ваш шанс встретиться с подругой и все ей рассказать?
– Да. Я пришла на поминки, но Алена не захотела меня слушать. Я хотела бросить эту затею, но все-таки вернулась позже.
– Позже?
– Я приехала на следующий день ближе к вечеру и долго сидела в машине, глядя на окно ее комнаты. Иногда там мелькал ее силуэт. Она наводила порядок – мыла посуду, поливала цветы в комнате матери. Мне трудно было набраться смелости, чтобы опять подняться к ней. Но потом я все же зашла.
* * *В подъезде знакомо пахло кошками, и она машинально прикрыла ладонью нос. Даже прожив в подобном подъезде все детство, к этому запаху невозможно было привыкнуть.
Поднимаясь по ступенькам на второй этаж, она вспомнила детскую считалочку: «На златом крыльце сидели…», которой отвлекала себя раньше, когда прибегала к подруге в гости.
Царь… царевич… король… королевич… – на каждое слово по ступеньке.
На словах «кто ты будешь такой» она уперлась в знакомую дверь и, стоя на последней ступеньке, поднесла руку к звонку.
Алена открыла сразу, словно ждала ее визита все эти годы.
Дверь распахнулась, едва не ударив ее по носу. Даша отступила еще на одну ступеньку вниз.
Алена была в халате, расшитом крупными махровыми розами. В руках у нее была кухонная тряпка. Она не удивилась, увидев на пороге своего дома бывшую подругу.
– Я устала от тебя отбиваться. Просто уходи, – сказала Алена, – мне с тобой совершенно не о чем говорить.
– Подожди, ты должна меня выслушать. Это не касается наших с тобой отношений. Забудь об этом. Твоя тетка… у тетки твой дневник. Она шантажирует твоего отца.
– Да сколько же можно! – Алена вдруг в ярости толкнула подругу на лестницу.
Чтобы не упасть со ступеней, Даша в последнюю секунду вцепилась в рукав обидчицы. Та сохранила равновесие, и Даша свободной рукой перехватила перила.
– Сдурела, что ли? – вырвалось у нее.
Но Алена уже не слушала ничего, ослепленная внезапной яростью.
– Пошла, пошла вон, – она схватила Дашу за предплечье, сталкивая ее вниз по лестнице. Другой рукой она схватила ее за волосы.
– Отцепись, ненормальная! – завопила Даша.
От боли и страха она на мгновенье потеряла ориентацию в пространстве и в панике пыталась найти опору. Подъезд закружился перед глазами.
Она попыталась дать отпор Алене, но плотные рукава махрового халата не давали ей по-настоящему вцепиться в руки подруги. А Алена, владея ситуацией, в буквальном смысле спустила девушку с лестницы.
