Кэт слышит, как по соседству играют дети. Она выглядывает в окно – все еще светло, через изгородь она видит, как мелькают косички, подпрыгивающие, когда девчонки скачут на батуте. Наверное, весело, думает Кэт. Она встречается глазами со старшей девочкой и машет ей рукой. Нужно тоже подвигаться, сжечь энергию. Бег трусцой или велосипед не особо привлекают, как и обычно. Если бы тут был Рич… но он вернется только через несколько часов. Кэт снова смотрит на сад. У всех домов вдоль улицы имеются приличные участки с видом на Минвуд-парк, поэтому вокруг полно зелени. Кэт любит работать в саду, но ей трудно выдерживать темп, они так и не привели в порядок свой уголок сада с тех пор, как Кэт заболела. Июль выдался влажным, и кусты разрослись во все стороны, словно взорвался салют, а лужайку необходимо подстричь, хотя сейчас уже немного поздновато включать газонокосилку. Она замечает, что плющ пробивает себе путь в кирпичной кладке. Можно начать оттуда. Кэт находит садовые перчатки и надевает высокие резиновые сапоги.
– Ну ладно, Бесси, – говорит она.
Нужны инструменты, чтобы сделать все надлежащим образом, но ползучее растение обвило еще и засов в сарае. Кэт про себя чертыхается, выдергивая крошечные побеги. Наконец она рывком открывает дверь, и внутрь врывается столб солнечного света. Складные стулья лежат на бадминтонных ракетках и старых жестяных банках с краской, шаткие конструкции из цветочных горшков, напоминающие Пизанские башни, и картонные коробки из-под компьютера Рича. Ржавые вилы, лопата и садовые ножницы брошены в кучу без оглядки на меры предосторожности. От мешка угольных брикетов для барбекю черная пыль рассыпалась по полу. Некуда и шагу ступить. Кэт ругает мужа, она и понятия не имела, что тут такая свалка, после чего приступает к работе.
– Я тут вот что подумал, – говорит Адам. – Только одну вещь мы не обговорили.
– Какую?
– Заботу о ребенке. – Он мнется. – Не хочу показаться излишне любопытным, но как ты себе это видишь с финансовой точки зрения… в смысле в плане работы, ну ребенка и все такое… учитывая, что у тебя работа в Лондоне и…
Лу помогает ему:
– Не слишком хорошо оплачивается?
– Ммм…
– Честно говоря, события последних нескольких месяцев меня настолько выбили из колеи, что я для себя решила, что денежные вопросы меня не остановят. Время – ключевой фактор, я просто решила, что как-нибудь справлюсь. Надеюсь, я не покажусь тебе безответственной. Просто иногда, когда люди говорят «я не могу себе позволить иметь ребенка», они на самом деле говорят «я слишком эгоистичен». Правда, иногда и ребенка заводят из эгоистичных побуждений. У моих родителей было мало денег, когда мы с сестрой были маленькие, но они же как-то справились.
– Но ведь тебе придется какое-то время не работать?
– Разумеется. В последнюю очередь мне хотелось бы быть похожей на честолюбивых директрис, которые возвращаются к работе через двое суток после родов. Мне положено какое-то пособие по беременности и родам, ну и очевидно, что я не смогу ездить на работу с младенцем. – Она смотрит на него. – А у тебя какие соображения?
– Разные, если честно. Я тоже хочу участвовать, разумеется… Но мне очень важна моя работа… прости, я не говорю, что твоя не важна, просто нас ждет важная перемена в жизни, и, как ты говоришь, события развиваются слишком стремительно. Порой я думаю, что хорошо бы разделить опеку с тобой пополам, но в глубине души не уверен, что меня это порадует, да и вообще, что это получится. А потом думаю: ну честно, Адам, не будь таким банальным, ведь тебя определяет не только работа, такой подход свойственен альфа-самцам… Потом я себе же и возражаю: ну же, Адам, Лу, наверное, зарабатывает меньше твоего, а значит, логично, чтобы ты продолжил работать, возможно, ты бы мог поддерживать ее финансово… Потом я начинаю беспокоиться, не слишком ли традиционно такое деление, не хочется, чтобы мы с тобой в итоге начали бы играть стереотипные роли… Одна из основных причин, по которой я хочу ребенка, – чтобы у нас все было по-другому. Понимаешь, о чем я? Короче говоря, я разрываюсь – это еще мягко сказано.
Лу улыбается. Мы оба оберегаем наши миры, думает она. Я не хочу от многого отказываться физически, а Адам не хочет отказываться от многого эмоционально или финансово. Мы оба анализируем, задаем вопросы. Это неудивительно, многое еще не обговорено, мы все еще узнаем друг друга.
– Но тебе не нужно принимать решение одному, – говорит Лу.
– В смысле?
– Мы можем решить вместе. – Лу чувствует, что Адам к подобному не привык. – Думаю, в итоге все окажется очень просто. Нужно помнить, что дело не в тебе и не во мне. Есть кое-кто важнее нас обоих. Наш ребенок. Давай помнить то, что мы говорили о воспитании счастливого человека. Я не хочу показаться наивной, но если мы сосредоточимся на этом, то, надеюсь, сможем найти вариант, при котором и мы оба будем счастливы.
– Эй? – кричит Рич, переступая через порог.
