– Мы нашли тебе помощника, Гельмут, – весело крикнул еще издалека один немцев – конвоиров. – Крупный специалист по радиосвязи!
– Откуда вы его взяли?
– Из-под земли, Гельмут, – засмеялся другой. – В прямом смысле.
Подойдя ближе, Самойлов спросил, обращаясь к водителю:
– В чем там у тебя проблема?
– А черт его знает, – развел руками солдат. – На прием слышу, но меня не слышат.
– Хорошо, покажи, – и Самойлов вслед за водителем залез в кабину.
Он сразу узнал этот приемник – передатчик. Образцы точно такого же радиоустройства несколько лет назад СССР закупил в Германии. Они потом были скопированы и начали производиться на его заводе. Поэтому Иван Петрович быстро обнаружил неисправность, к восторгу водителя. Тот надел наушники и радостно завопил:
– Они меня слышат, ребята! – и, обращаясь уже к абоненту радиостанции, по-военному доложил: – У нас была поломка рации, она исправлена. Есть возвращаться! – и выключил аппаратуру.
Те двое, что привели Самойлова к бронетранспортеру, засвистели, замахали руками, призывая остальных солдат, разбросанных по полю, возвращаться. Когда те подошли, Иван Петрович, глядя на их довольные, радостные лица, подумал: «И эти люди только что пристреливали раненых! Боже мой, да это звери!» Когда бронетранспортер с командой прибыл в расположение своей роты, ее командир, приветливый гауптман, выслушав доклад подчиненных, поблагодарил «господина директора» и отправил его на мотоцикле с коляской в штаб батальона. Оттуда Самойлова доставили в штаб пехотного полка, затем в штаб дивизии. Там его привели к начальнику управления связи майору Вернеру.
Иван Петрович узнал его сразу, несмотря на военную форму. Не типичный для немцев, невысокого роста, узкоплечий, с крупной головой, увенчанной тёмно-каштановой шевелюрой, коротко остриженной, но все-таки с голубыми арийскими глазами, Карл запоминался легко. Да и видел его Самойлов в последний раз только в позапрошлом году, когда приезжал в Германию в составе советской закупочной делегации. Как специалист по своему профилю, он посетил радиозавод, где Вернер руководил сборочным цехом. Тогда они встретились, как старые друзья, знакомые с 1927 года, когда Карл в качестве немецкого инженера приезжал в Советский Союз в порядке обмена опытом в области разработки и производства радиоустройств. После того первого рандеву они виделись еще два раза, но уже в Германии, куда Иван Петрович выезжал для изучения немецкого опыта радиодела. И вот они снова встретились, но уже совсем в другой обстановке.
– Как вас звать и директором какого радиозавода вы являетесь? – сухо спросил майор.
Самойлов молча смотрел на него и улыбался. Он оказался без документов, которые остались в пиджаке, утонувшем в речке при переправе. И тут такое везение – перед ним сидел человек, который может подтвердить его личность! Поэтому гнетущее состояние плененного и подневольного здесь, в этом кабинете, сменилось на уверенность в своем более благоприятном будущем. И Иван Петрович продолжал расплываться в улыбке.
– Вы не поняли моего вопроса? – недовольно переспросил майор. – Мне сказали, что вы хорошо говорите по-немецки.
– Карл, это я, Иван Самойлов, ваш давний знакомый. В последний раз мы виделись в 1939 году, у вас на заводе.
Всмотревшись в его лицо, Вернер вскочил, всплеснул руками и бросился его обнимать.
– Вот это встреча, Иван! Ну прямо тысяча и одна ночь! Как в сказке! Какими судьбами? Как вы оказались здесь, в Прибалтике, далеко от своего дома и своего предприятия?
Самойлов коротко рассказал о своей командировке в северную Латвию и дальнейших приключениях после начала войны.
– Я все понял, дорогой Иван. Давайте сделаем так. Я сейчас попрошу нашего каптенармуса, чтобы он вас раздел, выкупал, снова одел в новое, накормил, сводил к нашим врачам. Потом вы отдохнете. А вечером мы встретимся в домашней обстановке и поговорим по душам. Хорошо?
Так и было сделано. Только когда адъютант майора пришел за ним, спавшем в пустой госпитальной палате, он никак не мог разбудить необычного гостя. Один из санитаров предложил плеснуть ему в лицо воду. И лишь после третьей попытки влажной процедуры Самойлов проснулся. Его привели в уютный домик на окраине поселка, где, как выяснилось, квартировал Вернер. Тот уже ждал Ивана Петровича. Стол был уставлен самой разнообразной снедью, в центре красовались две бутылки «Рейнского».
– Ну, Иван, давай сначала подкрепимся, потом поговорим. Я искренне рад нашей встрече, рад, что смогу вам помочь в такой непростой ситуации, в которой вы оказались, – майор наполнил бокалы вином, поднял свой и чокнулся с гостем. – Ваше здоровье, дорогой Иван!
Когда покончили с ужином, Вернер, прихлебывая вино, предложил:
