– Товарищ лейтенант, возвращайтесь на своё место и будьте на приёме, – завершил разговор командир роты Абдулов.
Щербаков повернулся и пошел к своему танку. Проходя мимо растущих рядом с дорогой кустов, он увидел сидящего в них здорового пехотинца со спущенными штанами. Лицо рядового выражало муки невыносимых страданий. В почти недвижимом воздухе распространялся удушливый запах, по которому нетрудно догадаться, что эти страдания доставляет солдату понос. Подходя к своему танку, лейтенант увидел, как Кравченко машет ему рукой. Через пять минут колонна пришла в движение. Впереди тронулся БТР с номером «038», на его броню едва успел забраться только что сидевший в кустах солдат.
Техника проследовала прямо, мимо поворота на Губден, постепенно удаляясь в горы, казавшиеся теперь еще выше. Минут через пятнадцать БТР № 038 остановился, чуть съехав на обочину, и тот же солдат вновь спрыгнул на дорогу, расстегивая ремень и штаны на ходу, скрываясь за торчащим из земли валуном. Техника, ехавшая за «038-м», остановилась. Через какое-то время стали останавливаться и впереди идущие машины. Минут через десять Щербаков увидел, как солдата пинками выгнали из-за камня двое офицеров и загнали на бронетранспортер. Солдат что-то кричал, держась руками за живот, но в грохоте двигателей слов не разобрать. Пока колонна вновь трогалась, солдат перебрался на корму бронетранспортера, вновь спустил штаны и уселся на корточки, держась за приваренные к броне поручни. Остальные мотострелки перебрались подальше от него к бронированной башенке с торчащим из неё пулеметом. Дорога, словно ползущая между камней змея, закручиваясь в серпантин и неуловимо поднимаясь всё выше, стала вилять в высоких холмах, которые теперь можно было назвать небольшими горами. Впереди мелькали БТР № 038 и голая задница поносящего на ходу солдата.
Проехав по окраинам селения Сергокала, колонна всё выше и выше поднималась в горы. Облака, проплывающие внизу, отбрасывали свои неровные тени на убранные поля, вплотную подступающие к отрогам. На одном из участков колонна остановилась, пытаясь разъехаться с колонной внутренних войск. Навстречу двигались запыленные, забрызганные коричнево-желтой грязью боевые машины пехоты ВВшников. На броне БМПшек сидели такие же грязные, покрытые сажей солдаты. Пользуясь остановкой, Щербаков спрыгнул на разбитый многочисленной техникой асфальт и закурил, с любопытством разглядывая гусеничные БМП, тормознувшие на узкой обочине.
– Земляк, у тебя троса лишнего не найдется? – услышал Щербаков голос сзади, и большая ладонь легла на плечо Сашки. Обернувшись, он увидел здоровенного старшего лейтенанта в запыленном камуфляже с эмблемами внутренних войск. Испачканное черной гарью лицо показалось неуловимо знакомым.
– Санёк, как «видак» в общаге смотреть у нас в комнате по ночам, так ты первый… Не узнал что ли? – старлей улыбнулся белоснежной улыбкой и попытался стереть сажу, но лишь еще больше размазал её по своему большому круглому лицу.
– Валера! Озеров! – Щербаков кинулся обнимать бывшего однокурсника по институту. – Ты чего тут делаешь?
– А ты чего?
– Меня в армию загребли месяца полтора назад. Нас вот в Дагестан послали, сейчас в горы едем. Вроде на блокпосты, точно не говорят. – начал Щербаков. – А ты какими судьбами? Тоже загребли?
– Нет, я сам служить пошел. Закончил институт, приехал к себе в Калач-на-Дону, там работы по специальности нет, да и вообще работы нет. А у нас там 22 бригада внутренних войск находится. Ну и фиг ли делать, кафедру мы с тобой закончили, офицеры запаса. Пошел в строевую, написал заявление. С девяносто седьмого года служу командиром взвода. Тоже вот сюда закинули.
– Понятно. А чего вы грязные такие? – спросил Щербаков.
– Ой, Саня, лучше не спрашивай. Так есть трос лишний?
– Товарищ лейтенант! – услышал Щербаков крик Кравченко. – По машинам!
– Бля, Валера, это у командира роты нужно спрашивать, а мы вон уже поехали.
– Ладно, рад был видеть! – старлей Озеров пожал руку Щербакову.
– Я тоже! – запрыгивая на лобовую броню танка, в ответ крикнул Александр. – Увидимся!
– Может быть! – махнул рукой ВВшник, мимо которого начала движение техника мотострелкового батальона и, повернувшись, пошел в сторону своего БМП.
Около пятнадцати часов колонна вновь остановилась на участке дороги, зигзагами поднимающемся в высокую гору. Разбитый гусеницами и колесами вдрызг асфальт на дороге едва угадывался, и она больше походила на грунтовую. Танк Щербакова стоял почти в середине общей колонны, и сейчас было хорошо видно всю технику второго мотострелкового батальона. Где-то внизу тарахтели САУшки артбатареи, заправщики, Уралы хозвзвода, МТЛБ медиков с красным крестом в белом круге. Выше стояли БТРы мотострелковых рот, еще несколько Уралов, «шишариков» с прицепленными к ним минометами и далеко-далеко впереди БРДМ разведчиков. Снизу по дороге поднимался капитан Газарян с кистью зеленого винограда, отрывал по ягоде и кидал себе в рот, наслаждаясь жизнью и прекрасным видом.
