В тот день по всей округе моросил небольшой дождь, напоминающий, что северная осень уже не за горами. Исследователям пришлось идти по полю с высокой сырой травой, но никто не обратил на это внимание, ведь инопланетный корабль стоял в каких-то нескольких сотнях метров.
Как и накануне, входное отверстие в нижней части летающей капли бесшумно открылось, и к поверхности земли выдвинулась эргономичная лестница. Все семеро вновь вошли внутрь спускаемого аппарата.
Лэймос Крэст уже стоял на своем месте, как и во время вчерашнего общения.
— Здравствуйте, — сказал он своим чуть механическим голосом, — рад приветствовать вас в добром здравии!
Путешественники в ответ поприветствовали айголианца.
— Скажите, — задал первый вопрос Игорь Лебедевский, — а где вы так хорошо научились владеть русским языком? Вы ведь до нас ни с одним русскоязычным представителем человечества не общались?
Показалось, что Лэймос чуть заметно улыбнулся и затем ответил:
— Вы еще не привыкли к тому, кем я являюсь. К сожалению, я не представитель планеты Айголь Лэймос Крэст, а его память, заключенная в память компьютера. Это — к сожалению, а к счастью — моя память не ограничена умственными способностями живого существа, а может пополняться бесконечно и ничего не забывать. Я владею практически всеми языками и наречиями землян, за исключением некоторых наречий небольших племен, живущих в Африке и в Южной Америке, в глухих джунглях бассейна Амазонки. Так что я могу общаться на любом из внесенных в память главного компьютера звездолета языков. Нужно лишь синхронизировать компьютерную программу с задачей.
— Получается, вы владеете всеми накопленными знаниями айголианцев? — задал свой вопрос Сергей Алексеевич.
— Абсолютно всеми знаниями и технологиями моей родной цивилизации!
Лэймос Крэст стоял перед землянами во вчерашнем образе. Изменился лишь костюм. На сей раз он более всего походил на костюм делового человека с Уолл-Стрит или Тверской.
— Друзья, — вновь заговорил он, — пришла пора спокойно и обстоятельно рассказать, для чего я здесь и что я здесь, на Земле, делаю. Потрясение, которое вы все вчера пережили, я надеюсь, позади. А потрясение было; не каждый день вам приходилось встречаться с инопланетянами.
Позади голографической фигуры Лэймоса Крэста засветился большой экран. На нем возник объемный пейзаж, отдаленно напоминающий земной. Напоминал он Землю только на первый взгляд — и небо, и река, которая виднелась вдали, и разнообразные растения — всё было неземное.
— Это моя родная планета Айголь. Когда-то она была такой же прекрасной и процветающей, как и сегодняшняя Земля. Но это было давно, более двадцати тысяч лет назад. Теперь там всё по-другому.
Компьютерный голос Лэймоса Крэста чуть заметно дрогнул. Это было невероятно для самого Лэймоса, но он дрогнул. Беспристрастные электронные связи дали едва ощутимый сбой, непонятный импульс произвел пусть небольшой, но вполне реальный скачок напряжения в сети.
— Итак, я прибыл на планету Земля, чтобы восстановить разумную жизнь в моей звездной системе — системе звезды Нэи, или, как вы ее называете, звезды Тау созвездия Кита. Вот почему я представился вам именем Ной. Я хочу, как некогда ваш легендарный герой, собрать ковчег и отправиться на нем к своей звезде. Пусть невозможно возвратить жизнь в ее изначальном виде на планету Айголь, зато земную жизнь можно перенести на спутник планеты Ассинар — Тэллу. Пусть она немного меньше Земли, пусть она имеет множество отличий от вашей планеты, но принципиально жизнь по типу земной жизни там возможна. Мы просчитали это, когда готовили экспедицию в Солнечную систему. Мы рисковали. Была огромная вероятность обнаружить звездную систему Селины, как мы называем Солнце, безжизненной. Но нам невероятно повезло. Жизнь, которую мечтали увидеть мои друзья и коллеги, мне и выпала удача обнаружить. Вы не представляете себе, какова была моя радость, если у компьютера вообще могут проявляться какие-либо чувства, когда я впервые увидел вашего предка.
— А когда вы вошли с землянами в контакт? — спросил Андрей.
