Было интересно побывать на улице, название которой стало олицетворением мира бизнеса: на Уолл-стрит. Наш автобус сперва проехал почти к самому началу Бродвея, в юго-западную часть Манхаттана, к Тринитичерч (церкви св. Троицы). Во дворе ее похоронен строитель первых пароходов Роберт Фултон. Затем автобус с трудом протиснулся в узкую улочку, идущую перпендикулярно к Бродвею, и шофер сказал: «Мы — на Уолл-стрит». Это, пожалуй одна из самых малолюдных и тихих улиц Нью-Йорка. Людей почти нет. Стоит несколько прижатых к пустым тротуарам машин. Сумрачно от заслоняющих свет серых громад зданий.
В 1663 г. по приказу голландского губернатора была сооружена стена из толстых досок от Гудзона до Ист-Ривер для защиты от индейцев. Однако большой надобности в стене жители не испытывали, и поэтому все время растаскивали доски, из которых она была построена, на сооружение домов и отопление. Наконец, в 1699 г. стену разобрали окончательно и на ее месте проложили улицу Уолл-стрит, что в переводе на русский язык означает «улица-стена».
Расскажу и о такой достопримечательности города, как статуя Свободы. Иногда приходится читать о том, что путешественник, приближающийся к Нью-Йорку со стороны океана, прежде всего видит статую Свободы, а затем уже ему открывается сам город. Вероятно, авторы таких описаний в Нью-Йорке никогда не бывали. Во-первых, от океана до Нью-Йорка надо пройти не один километр по Гудзону. Во-вторых, здания на Манхаттане намного выше статуи и хорошо видны тогда, когда ее можно различить только в бинокль.
Идея подарить американскому народу статую в память союза 'Франции и Соединенных Штатов во время войны за независимость, родилась во Франции в 1865 г. Был создан специальный комитет по сбору средств, проектированию и постройке монумента. Автором статуи стал скульптор Фредерик-Огюст Бартольди, приступивший к работе над ней в 1874 г. Моделью для статуи служила его мать. Каркас статуи проектировал Гюстав Эйфель, будущий конструктор Эйфелевой башни в Париже. Памятник создавался совместно: французы собирали деньги на статую, американцы — на пьедестал. Последние, видно, без большого энтузиазма, так как начавшееся строительство пьедестала вскоре пришлось прервать из-за нехватки средств. Лишь после развернутой в печати большой кампании удалось изыскать необходимые деньги, и пьедестал был закончен в 1885 г. В том же году статую в разобранном виде привезли К Нью-Йорк, и 28 октября 1886 г. состоялось открытие памятника.
Статуя расположена на маленьком островке Бедлоу, в старом форте. Внутри статуи есть лифт и винтовая лестница, ведущая на смотровую площадку, расположенную на уровне короны. Высота статуи около 45 м.
К достопримечательностям Нью-Йорка относится и Личкольн-центр, находящийся близ Центрального парка, между 62 и 66-й улицами, на пересечении Бродвея и авеню Колумба. Это архитектурный ансамбль из шести зданий. В него входит концертный зал «Эвери Фишер-холл», театр оперы и балета «Метрополитен-опера» (в нем в те дни гастролировал ансамбль Моисеева), театр «Вивьен Бомонт», библиотека и музей театрального искусства, «Джулиард билдинг» — известная музыкальная, театральная и балетная школа. Весь комплекс рассчитан приблизительно на 14000 зрителей. Линкольн-центр построен в строгом стиле: плоские крыши, прямоугольные основания, колоннада и сводчатые галереи, фасады, облицованные белым итальянским мрамором,— все напоминает памятники античности.
Во время экскурсий по городу нам несколько раз пришлось со всех сторон проезжать мимо Центрального парка и хотелось проникнуть в его заманчивую глубину, но всегда мнение наших сопровождающих было категоричным и одинаковым: в парк ходить небезопасно. После 6 ч вечера полиция вообще не отвечает за безопасность посетителей.
Не рекомендуется появляться белым туристам и в негритянских кварталах Гарлема, однако туда мне с несколькими товарищами проникнуть все-таки удалось. Название этого района Нью-Йорка известно всему миру. Когда-то это была деревушка Новый Хаарлем, основанная голландским губернатором Питером Стайвесантом и названная в честь голландского города Хаарлема.
В начале XX в. резко увеличился приток «цветного» населения с юга в поисках более высоких заработков и сносных условий существования. Так появились первые негритянские кварталы у северной границы Центрального парка, которые, постепенно разрастаясь, превратились в сегодняшний Гарлем. Автобусы с туристами сюда не заезжают, потому что местные жители встречают гостей недружелюбно и даже забрасывают машины камнями.
