Дварф смотрел на товарищей с легкой снисходительной улыбкой. Он прекрасно знал обуревавшие егерей чувства. Ловкие и опытные стрелки, без страха смотрящие в глаза опасности, мгновенно стушевались, превратившись в самых обычных простолюдинов, что переступили порог господского дома. Это впитывается с молоком матери и внушается на протяжении всей жизни — они вам не ровня.
Вскоре слуга вернулся, сообщив, что граф ждет его у себя в кабинете.
— Как поднимитесь по лестнице на второй этаж, вам будет нужна третья дверь направо, почтенный Дагна. Его милость велел позаботиться о ваших спутниках. Они могут пройти со мной и подкрепиться с дороги.
— Вот это по мне! — негромко произнес сразу воспрявший духом Фред и толкнул локтем ухмыльнувшегося Аэсона. — Пошли, братец, горячая пища — это то, что нам сейчас нужно! Увидимся, командир!
— Прошу вас, — сделал приглашающий жест слуга и повел егерей куда-то вглубь замка.
Дагна же отправился к графу, следуя указаниям. Оказавшись перед дверью с золотыми грифоне на красном фоне, и постучался.
— Господин Дагна, входите, прошу вас! — раздался знакомый голос.
Дварф толкнул дверь и, зайдя внутрь, аккуратно затворил ее за собой.
— Ваша милость, — поклонился он, приветствуя графа. — Рад новой встрече.
— Господин Дагна, — приветливо улыбнулся Аргайл и пожал дварфу руку, приглашая к столу, где за ним с интересом наблюдал молодой человек в дорогой одежде. — Рад, что вы в добром здравии, несмотря на дошедшие до меня известия! Вы не перестаете меня удивлять. Вы вновь опровергаете своими деяниями свои же слова, сказанные мне при первой встрече! И позвольте, наконец, представить вам Рема Таннера, встречи с которым вы так искали.
Дагна и картограф обменялись короткими поклонами.
— Господин Таннер, рад знакомству, — сказал дварф, окидывая молодого человека внимательным взглядом. — Вы очень похожи на своего дедушку.
— Благодарю, господин Дагна, и я к вашим услугам, — улыбнулся картограф. — Я наслышан о том, сколь долгий и непростой путь вы проделали ради того, чтобы увидеть меня. Присядем?
Дварф уселся на свободный стул напротив него.
— Так что скажете, друг мой? Снова будете отрицать? — спросил граф, занимая свое место за столом.
— Прошу прощения, ваша милость? — спросил дварф.
— Вы снова изменили ход сражения, если верить отчетам капитана Дилери.
— Ах, вы об этом… — протянул Дагна. — Нет, на этот раз отрицать не буду. Но я был не один. И один бы я не справился, ваша милость.
— Конор, — прервал дварфа, подняв ладонь в останавливающем жесте граф. — Господин Дагна, наедине зовите меня просто Конор.
— Как будет угодно, — пожал плечами Дагна. — Тогда и вы, Конор, уберите, будьте добры, господина перед моим именем. А то выговаривание всех этих слов занимает массу времени. Я закурю?
Граф рассмеялся.
— Разумеется, чувствуйте себя как дома. Уверен, сперва вы хотите поговорит о делах, но потом, как хотите, я не отпущу вас без хорошего обеда.
— Что ж, Конор, тогда прикажите разжечь пожарче камин и принести чего-нибудь согревающего.
Несмотря на то, что картограф подготовился еще до приезда Дагны, примерно поняв со слов графа, что от него хочет дварф, лишь спустя почти час расспросов и уточнений, он принялся раскладывать карты и листы испещренного пергамента в определенном, одному ему ведомом порядке. Граф Аргайл и Дагна терпеливо ждали, не мешая молодому человеку.
— Итак, Дренг-ин-Дар… — пробормотал, шелестя бумагами, Рем Таннер. — Буквально минуту, я попытаюсь все сложить воедино…
— Не торопитесь, Рем, — ответил Дагна, греющий руки о большую кружку горячего кофе, и с любопытством наблюдающий за манипуляциями картографа.
— Дренг-ин-Дар… Так… — молодой человек шмыгнул носом и навис над столом, уперев руки в края столешницы. — Вот Песчаное море… Вот Грозовой хребет… А вот и Долина озер… Глядите.
Рем повернул карту к подавшемуся вперед дварфу.
— Будьте добры, Дагна, аккуратнее! В ваших же интересах убрать кружку подальше от бумаг, они в единственном экземпляре. Спасибо. Обратите внимание вот на эти пометки на карте сбоку. Здесь упоминается, что далеко на юге стоит гора пронзенная небесным камнем… — Он разложил рядом с картой какие-то древние пергаменты. — А точнее, если соединить все, то получится примерно так: «Дренг-ин-Дар прозвали дварфы камень тот, что рассечен был. В незапамятные годы заселили они недры. Правил Громр великой силой, что под скалами сокрыта. Город славный пред горою там же основали вельды. Дружба крепла год от года, поколения сменялись…»
— Довольно поэтичная форма, — сказал Дагна. — Написано во времена скальдов?
— Очевидно, это так, — согласился Рем, склонив голову набок и аккуратно перемещая ветхие листы в ином порядке.
Дварф отхлебнул горячего горького кофе, и, отведя руку с кружкой в сторону, поглядел на незнакомые ему письмена.
— Что это за язык, Рем? Никогда не видел подобных символов.
