— Знаешь, иногда полезно уметь взглянуть на вещи со светлой стороны, — ухмыльнулся пес. — Нельзя же унывать только потому, что ты оказался в какой-то затерянной усыпальнице с умалишенной любительницей кошек и факелом впридачу, который с минуты на минуту должен потухнуть…
— Перестань болтать и смотри за дорогой!
Они сбежали, почти скатились с лестницы, чуть не поскользнувшись на облепленных водорослями нижних ступеньках. И тут же поспешили в направлении небольшого сводчатого коридора, сулящего живительный воздух и открытое пространство. Пламя факела уже обжигало руку Виктора, и ему пришлось разжать кулак. В сущности, в туннеле ничего ужасного не поджидает; если идти гуськом вдоль стены и не допускать глупостей, они рано или поздно доберутся до двери… Кроме того, вот-вот должен был наступить рассвет, так что вскоре на небе взойдет яркое солнце…
Виктору стало спокойнее. Все-таки это был героический поступок. Они не встретили чудищ, но, верно, все чудища рассыпались в прах еще в глубокой древности. Да, мероприятие было не самым приятным, но, с другой стороны, это можно назвать обычным, э-э, археологическим исследованием. А теперь, когда все близилось к концу, пережитое вовсе не казалось таким уж страшным…
Лэдди, бежавший во главе, вдруг яростно залаял.
— Что он говорит? — спросил Виктор.
— Говорит, — перевел Гаспод, — что туннель завалило.
— Не может быть!
— Это все твой органный оркестр.
— Что, и вправду завалило?
Правдивее быть не могло. Виктор подобрался к завалу. Рухнули несколько плит перекрытия, а за ними последовали тонны щебня и осколков породы. Он попробовал было вытащить пару камней побольше, но это только вызвало новую череду обвалов.
— Может, стоит поискать другой выход? — спросил он. — Вы собаки, так сбегайте, посмотрите…
— Выброси это из головы, дружище, — прервал его Гаспод. — Если отсюда и можно выбраться, так только по той самой лестнице. Которая ведет прямиком в море. Нырнешь и как можно дольше будешь держать воздух. Главное, чтобы легкие не подвели.
Лэдди залился лаем.
— Это я не тебе! — сказал Гаспод. — Я не с тобой разговаривал. Никогда не перебивай старших. И еще одно. Никогда не лезь в добровольцы.
Виктор тем временем попытался возобновить раскопки.
— Никак не пойму, — сказал он спустя минуту, — то ли это свет, то ли мне просто кажется… Что скажешь?
Он услышал, как заскрежетали по камням острые когти.
— Все может быть, все может быть, — пробормотал пес. — Похоже, две плиты заклинило, и остался маленький зазорчик…
— Но кто-нибудь небольших размеров туда пролезет? — воодушевляюще произнес Виктор.
— Ничего другого я от тебя не ждал.
Когти царапнули накренившуюся плиту. Наконец раздалось глуховатое мычание:
— Потихоньку можно… Но очень тесно, зараза!…
Вдруг все стихло.
— Гаспод! — встревоженно позвал Виктор.
— Я тут. Все в порядке. Вижу дверь.
— Молодчина!
Виктор ощутил некое дуновение, и снова послышалось яростное скрежетание когтей. Осторожно вытянув руку, он нащупал волосатое тело, отчаянно лезущее вперед.
— Лэдди хочет составить тебе компанию!
— Размерами не вышел. Застрянет там в щели…
Раздалось глубокое собачье урчание, затем, вслед за хлестким пинком, Виктора обдал целый фонтан гравия, и наконец, он услышал триумфальный лай.
— Хотя он, конечно, чуть более поджарый, чем я, — некоторое время спустя отозвался Гаспод.
— Теперь бегите и приведите подмогу, — крикнул Виктор. — А мы… хм… а мы вас здесь подождем.
Звук торопливого топотка вскоре растаял вдали. Еле слышное гавканье Лэдди убедило их в том, что собаки выбрались наружу.
Виктор перевел дух.
— Теперь остается только ждать, — сказал он.
— Где мы находимся? Внутри холма? — раздался в темноте голос.
— Да.
— А как мы здесь очутились?
— Я оказался здесь вслед за тобой.
— Я же просила тебя удержать меня.
— Да, но потом связала меня веревками.
— Не говори ерунды.
— Ты привязала меня веревками к стулу, — продолжал Виктор. — А потом заявилась сюда, сделала факел и направилась… направилась туда, где я тебя обнаружил. У меня мурашки по телу бегают, как представлю, что могло бы случиться, если бы я тебя не разбудил?
Наступила пауза.
— Неужели я на такое способна? — с трудом проговорила Джинджер.
— Как видишь, да.
— Но я ничего не помню!
— Верю. Но это мало что меняет.
— Но ты можешь, наконец, объяснить, что это было за место?
Виктор поерзал на каменистом сиденье, пытаясь устроиться поудобнее.
— Честно говоря, не знаю, — сказал он. — Поначалу я решил, что это храм. Но с виду он похож на заведение, приспособленное для просмотра движущихся картинок.
— Да ведь он древний, как сам этот холм!
— Если не древнее.
— Но послушай, ведь так не бывает, — пролепетала Джинджер тем упавшим голосом, каким обычно говорят, когда безумие уже кромсает кухонным тесаком дверь в комнату рассудка. — Алхимики додумались до этого изобретения всего несколько месяцев назад.
— Вот-вот. А ты думаешь, над чем я ломаю себе голову?
Он протянул руку, пальцы нашли ее плечо. Тело ее, натянутое как тетива, чуть-чуть отшатнулось.
— Здесь нам ничего не угрожает, — сказал он. — Гаспод скоро приведет помощь. Не бойся.
