— Спасибо, что спросил, — вежливо улыбнулась я. — Нашли и вернули домой. Только теперь ушёл ещё один член экипажа.
— Ушёл? — насторожился Азаров, сразу уловив суть формулировки.
— Да, ушёл, — кивнула я. — Думаю для того, чтоб принять участие в Битве Детей Дракона.
— Кто на сей раз и на чьей стороне?
— Доктор МакЛарен, на стороне Тьмы, — дала я конкретный ответ на конкретный вопрос.
Азаров молча смотрел на меня, осмысливая услышанное, и эта новость ему не понравилась.
— Его можно победить? — осторожно спросил он.
Я с улыбкой покачала головой.
— На планете явно чувствуется напряжение, возрастают магические энергии, Свет и Тьма, которые будут стоять за спинами бойцов, набирают силу и из тонких миров всё ощутимее проникают в реальность. В этих условиях его силы возрастают с колоссальной скоростью. И он умеет ими пользоваться.
— А ты? — его взгляд стал жёстким.
— Нет, — улыбнулась я. — Я ему не противник. Только не я…
— Решается судьба нескольких миров… — начал он.
— Каждый сам решает свою судьбу, — возразила я. — Ничто не приходит извне: что вверху, то и внизу. Они, эти миры, уже решили исход грядущей битвы. Ведь на полотне вселенной нет лицевой стороны и изнанки, время не линейно, прошлого и будущего не существует. Всё давно решено и написано в Великой Книге, просто мы не умеем её читать.
Азаров немного смутился, а я почувствовала гордость за столь мудрёный ответ.
— Возможно, ты права, — он тут же скользнул в заданную систему координат, в очередной раз заслужив моё уважение. — Но любое действие рождает последствие, любое событие имеет причину. Именно поэтому мы можем влиять на происходящее. И ключевая позиция в данном случае у участников Битвы. Я не спорю, что победа одного из них уже предрешена многими событиями во многих мирах, о которых мы не знаем, но чтоб эта победа имела место, они должны вступить в бой.
— Не я.
— А если таков будет приказ?
Я усмехнулась:
— Участие в спаррингах и рыцарских турнирах не входит в обязанности командира поисково-спасательного космофлота. Перечитай Устав.
— Я читал… Но…
— Хватит, Саша, — покачала головой я. — Ты не представляешь, сколько раз я это слышала: не будь скотиной, спаси мир. И я, слабая и красивая женщина снимала каблуки, залезала в тяжёлые доспехи и брала в руки меч. Я уже знаю, что такое смерть, но этот мир не отпускает меня, снова и снова выставляя на ристалище. Впервые за много веков я встретила мужчину, который стал мне защитой и опорой, с которым я могу быть слабой, изнеженной и послушной. И счастливой, безумно счастливой. Он мой муж, он отец моей дочери. И ты хочешь, чтоб я подняла против него оружие? Я женщина, и не могу всю жизнь спасать миры. Пусть они сами заботятся о себе. Моё дело по предназначению, по сердцу и по природе — защищать свой дом, свой очаг и поддерживать своего мужчину, а не сражаться с ним на мечах.
— Кто-то другой может выступить против него? — спросил он без особой надежды.
— Откуда я знаю? Пути Господни неисповедимы. Если всё предопределено, противник явится. Мы ждём развития событий.
— Я не знаю, что сказать Совету Духовной Безопасности, — огорчённо признался он.
— Скажи, что Бог рассудит, — посоветовала я. — И что не дело людей вмешиваться в Промысел Господень.
— Ну, да, тебе легко говорить, — проворчал Азаров, пристально глядя на меня.
— И не надо меня гипнотизировать, — устало поморщилась я. — Я своё слово сказала. Я не подниму меч на родного мужа. Он у меня не для этого!
— Меч или муж? — зачем-то уточнил он.
— Оба! — отрезала я.
— А если всё-таки кто-то появится, — не унимался он, — кто-то сможет его победить?
— Теоретически, если выставят такого же профи, как он. Или он сыграет в поддавки.
— А ты бы победила? Теоретически.
— Саша, рыбы могут плавать в дождевых тучах? Драконов можно использовать для приготовления детского питания? Совет Духовной Безопасности может станцевать на сцене Мариинского театра мемуары Казановы? Теоретически? Не спрашивай меня, чем закончится то, чего в принципе быть не может!
— Ладно, — успокаивающе поднял руку он. — Просто, если победит он, то в тех мирах начнутся крупные проблемы.
— Только не надо давить на психику, — попросила я. — Мне самой всё понятно. Но это не тот случай. Я не смогу его победить, потому что мне легче дать ему себя убить. Это сильнее меня, и оставим эту тему.
— Хорошо, — вздохнул он. — Я доложу… Впрочем, ничего я докладывать не буду! Просто скажу, пусть молятся. Что ты собираешься делать?
— Не знаю, — с удивившей меня беспечностью призналась я. — Мне хочется забрать его и слинять отсюда, как можно скорее. Но, даже если я его найду, он вряд ли откажется от своих планов. Некоторые считают, что он перешёл на сторону Тьмы, — я какое-то время молчала, а потом вспомнила совет Хока. — Саша, что такое Тьма?
— Тебя интересует официальная версия? — уточнил он.
— Я о ней слышала. Меня интересует твоё личное мнение.
Он устроился в кресле поудобнее, и я невольно улыбнулась, поняв, что мне стоит подготовиться к серьёзному и обстоятельному разговору.
