– А ты знаешь мою стезю?– Яр посмотрел на неё исподлобья. – Ты можешь предсказать моё будущее?
– Никто не может, – развела когтистыми руками старуха. – Но я зрю, о чём Белая Шкура сокрыла, и ведаю, о чём ей неведомо.
– Говоришь о Праматери? Она Богиня морозов или сама человек? – Яр подступил ближе. Железные зубы древней старухи оскалились. Стальным когтем она подцепила на своём ошейнике ржавый кругляш медальона, оторвала и протянула ему.
– На, возьми. Белой Шкуре покажешь, по лику её тотчас увидишь ответы.
Яр взял медальон, на его ржавой поверхности виднелось двенадцать кривых лучей.
– Праматерь – Богиня, но ходит в человечьем обличие, – просипела ведунья. Взгляд её отстранился, она перенеслась в дни далёкого прошлого. – Вижу среди света и стен готовых сойти к племенам в норы ведуний. Молоды они и едины, числом двадцать три. Вижу Сва по правую руку. Покуда Праматерь речёт, Сва обличает её лютой кривдой. Сва презрела Праматерь, кляла её лгуньей, возвеличивала над собой одну только Марену. За это Праматерь отлучила всех Зимних Волков от себя и клялась, что не поможет вашему роду, когда горе настанет. Про какое «горе» твердила – мы изведали, когда пришёл Мор. Всех согласных с ней Праматерь укрыла в чертогах из камня. До этого Железные Кузнецы тридцать Зим жили под городом далеко на востоке. Когда Праматерь вернулась и предсказала морозы, она повелела идти по человечьим следам через Каменный Пояс. Надземники думали, что Повелитель спасёт их, но он тоже верил Праматери и своей «матерью» называл. Люди – лишь корм. Двадцать Навьих племён пили и ели их, резали Орду каждую ночь и погоняли Серых, как стадо. На перевале Орда истекла кровью, но путь через вражеское войско нам проложила.
На губах железной ведуньи растянулась улыбка – она вновь оказалась на той славной охоте, когда Серая Орда катилась впереди Навьих племён и подземники вкушали ужас тысяч людей, нападали на них, добывали себе пропитание и тем спасались от Мора.
– Но Повелитель Орды был хитёр и мудрё-ён, – протянула ведунья. – Праматерь верно его избрала, но неверно мыслила, что Серый не поймёт её замысла пред битвой на перевале. Да, он предал её, но и сам сгинул, и Орда его перемёрзла. Выжила только Навь. За Каменным Поясом чертоги такие, каких мы доселе не видывали, есть и пища, и свет, и вода, есть что только захочется.
– Моя мать родилась в тех чертогах, – вспомнил Яр. – Девятитрава рассказывала, что мой славный предок поднялась в Явий мир, отыскала убежище и защитила наше племя от Мора.
– Сва хорошо выучила эту вашу Девятитраву, – закивала старуха. – Дар предвиденья вам помог. Стезя вернула Зимних Волков в объятия Праматери. Но как же милостиво сердце её, сколько любви хранит к своим детям, раз позволила вам войти в свои каменные чертоги и от Мора спастись.
– Ты сказала, что вначале мы все были едины и вся Навь жила вместе, – напомнил ей Яр.
– Истинно. В первые дни мы были едины, но затем разошлись, и что с каждым племенем стало – не ведаю, – подтвердила старуха. – Навь режет Навь, только Праматерь, когда пожелает, бесстрашно сходит к нам в логова.
– Где же она теперь? – спросил Яр. Ведунья Кузнецов лишь страдальчески повела головой, так что грязные волосы чуть качнулись.
– Не видела её с самого Мора, исчезла Праматерь. За десять Зим в чертогах мы превратились в… – ведунья указала на своё обвисшее морщинистое тело. – Чада наши год от года рождались крупнее и выше, потому жёны гибли, бесноватых стало не счесть, дохли чернухи. Пусть в каменных чертогах Праматери есть и пища, и свет, и вода, но, как только лютые Зимы прошли, мы сбежали в надземье. Двадцать Зим кряду моё племя живёт в Явьем мире.
– Новые двоедушцы в подгорных чертогах и у нас перестали рождаться, – Яр вспомнил, как старые охотники говорили, что в каменном бункере Волчий Дух перестал к ним являться, вторая душа не просыпалась в молодняке и кровь не придавала им силы. Жизнь без второй души считалась проклятием за то, что предок Яра пленила Зимнего Волка – самого сильного Волчьего Духа из всех. Одна его мать из всего нового выводка имела второй, Волчий Дух.
Железная Ведунья тяжело глянула сквозь пряди сальных волос. Во тьме логова золотые глаза сверкнули, как две крупных монеты.
– Ладо мой, а слыхал ли ты веду про Духа Зимы? Тот самый сказ, который от стариков к чадам передаётся, от предков к наследкам. Расскажи мне о Звере, в тебе заточённом.
Яр оскалился: уж не смеялась ли над ним ведунья! Мать рассказывала, что легенду о Зимнем Волке знают во всех племенах, и с гордостью прибавляла, что лишь их семье удалось подчинить себе Зимнего Зверя. Яр чувствовал душу ведуньи – древнюю, наделённую силой железа, огня и дыма… но и этому чудищу было далеко до заключённого внутри него Зимнего Духа.
– В последний день лета Безымянного привязывают к ярилу. Зимний Волк приходит к нему перед самой кончиной, чтобы сойти с духом охотника в царство Марены и сразиться за весеннее солнце для Яви.
