Мы вместе вышли со стоянки, и я смотрел, как он садится в автобус номер четыре, следующий к Центральному автовокзалу. Потом я вернулся в «Амбассадор». Администратор улыбнулся мне. У него отсутствовало как минимум четыре передних зуба, а бренди от него несло так, что я чуть сознание не потерял от алкогольного отравления.
– Ну, Уинстон, ты уже нашел в Израиле друзей.
– Каких друзей?
– Тех, что ждут тебя в номере.
Я поднялся наверх, вставил ключ в скважину, повернул его, опустился на одно колено и толкнул дверь. Я не поклонник всех этих киношных трюков с выбиванием двери ногой и прыжками. Они прекрасно работают, если тот, кто поджидает тебя внутри, стоит с пистолетом в вытянутых руках точно напротив двери, но если он сдвинется на полметра в сторону и сразу начнет стрелять, то вбегающий получит в грудь всю обойму еще до того, как успеет крикнуть: «Полиция! Ты арестован!»
Пуля просвистела у меня над головой и почти бесшумно вошла в противоположную стену. Я перекатился внутрь и укрылся за кроватью. Еще один хлопок. Вторая пуля оцарапала мне запястье. Нас разделяло не больше полутора метров. Он стоял в проеме душевой и аккуратно клал каждый выстрел. Профессионал. Несомненно. Любитель попытался бы сунуться в комнату. Рядом просвистела еще одна пуля. Я поднял
Теперь никто из нас не стрелял. Мы стояли и вслушивались в дыхание друг друга. Каждый выжидал, когда другой начнет действовать. У меня в кармане все еще лежал выкидной нож, который я прошлой ночью отобрал у сутенера на Тель-Барухе. Я вынул его. Поднял пистолет и принялся колотить рукояткой в тонкую гипсовую перегородку. Меня окутало облако штукатурки, и через минуту в стене появилось маленькое отверстие. Я вставил в него ствол и расстрелял туда всю обойму. Другой рукой нажал на кнопку, и из рукоятки ножа с легким щелчком выпрыгнуло лезвие. Я еще пару раз нажал на спусковой крючок, чтобы он понял, что у меня кончились патроны. Я почти слышал его мысли: он думал, что у него есть секунд двадцать до того, как я успею сменить обойму. Он рванулся вперед и получил нож в горло по самую рукоятку.
Он умер не быстро. Мало кому удается быстро умереть. Перед тем как утихнуть навсегда, он несколько долгих минут бился и трепыхался. Смерть неряшлива. Весь пол был в крови. Я хорошенько рассмотрел его. Он был мне незнаком. Лицо нездешнее. Европейское. Я расстегнул на нем пиджак и достал из внутреннего кармана бельгийский паспорт. Мне это не понравилось. У нас не принято вызывать профессионалов из-за границы. Это слишком дорого, и, кроме того, здесь не Лас-Вегас. Тот, кто вызвал сюда этого молодчика, лежащего теперь у моих ног, вел себя так, как будто ему терять нечего. А нет ничего опаснее людей, которым нечего терять.
Я приоткрыл дверь номера и окинул взглядом коридор. Кто-то высунулся из-за своей двери, но, заметив меня, быстренько ее захлопнул. Из соседнего номера донесся женский крик: «Что это было?! Проверь, что это было?!» До приезда полиции у меня оставалось несколько минут. Я со стуком захлопнул дверь и услышал, как в ванной комнате что-то упало. Перезарядив пистолет, я осторожно туда вошел. На полу валялся «узи». В воде лежал жених Рели с красной кляксой посреди лба. Я поднял его. Его затылок представлял собой тошнотворное липкое месиво.
Я подтащил его ко второму трупу и вложил жениху в руку нож. Потом взял «узи», снял с предохранителя и изрешетил им все стены. Я не знал, смогу ли ввести в заблуждение криминалистов, но был почти уверен, что это их основательно запутает. Время. Дорога была каждая минута. Я собрал свои пожитки и ретировался через пожарный выход.
Через несколько минут я уже сидел перед маленьким киоском на набережной, у самого моря, куда пригласил себя на чашечку кофе. Я не пытался понять, почему меня хотели убить. Я точно это знал. Если бы киллер выполнил свою работу, то меня и жениха обнаружили бы мертвыми, а между нами валялись бы пара-тройка бриллиантов. Полицейские сделали бы «логичный» вывод, что мы с ним организовали ограбление, а потом, повздорив из-за добычи, пристрелили друг друга. Что касается остальных бриллиантов, они бы что-нибудь придумали. Мне доводилось закрывать дела и с меньшим количеством доказательств. Нерешенным оставался вопрос: кто все это спланировал. Группа клоунов из ешивы ни за что не стала бы убивать Шимона. Да и откуда им знать, где можно нанять заграничного киллера? С другой стороны, Таль попытался бы все провернуть самостоятельно. Всем этим делом управлял еще один мозговой центр. Как минимум, еще один.
