Двойная звезда полностью

— Первое и последнее красное предупреждение! Одна треть “же”! Одна минута! — Я быстренько добрался до койки и расположился на ней. Когда начался разгон, я почувствовал себя значительно лучше. Одна треть земного притяжения — это не так уж много, примерно такое же притяжение на поверхности Марса, насколько я помню. Самое главное, что этого притяжения оказалось достаточно, чтобы привести в порядок мой желудок и сделать пол обычным, нормальным полом.

Минут примерно через пять в дверь постучали, и вошел Дэк, не дожидаясь, пока я сам открою дверь. — Как себя чувствуете, шеф?

— Привет, Дэк. Конечно же, рад снова увидеть вас.

— Я еще более рад, — устало сказал он. Он огляделся. — Ничего, если я прилягу?

— Ради бога.

Он улегся на койку и тяжело вздохнул.

— Совсем замотался! Кажется, спал бы целую неделю… да, пожалуй, не меньше.

— Да и я бы не отказался. Эх… Ну как, доставили его на борт?

— Конечно. Хотя это было весьма и весьма нелегко.

— Я думаю! Впрочем, в таком небольшом порту, как этот, подобные вещи, наверное, проходят легче, чем в большом. Здесь не нужны ухищрения, к которым мы прибегали, чтобы отправить меня в космос из космопорта Джефферсона.

— Что? Вовсе нет. Здесь все устроить гораздо сложнее.

— Почему?

— Но это же очевидно. Здесь все знают всех — и слухи быстро распространяются. — Дэк криво усмехнулся. — Мы доставили его на борт под видом контейнера с замороженными марсианскими креветками из каналов. Пришлось даже заплатить пошлину.

— Дэк, как он?

— Ну… — Дэк насупил брови и нехотя ответил: — Док Кэпек считает, что он полностью оправится. Это только вопрос времени, — и с яростью добавил: — Ух, если бы я только мог добраться до этих крыс! Если бы видели, что они с ним сделали, вы бы заорали от ужаса и негодования… а мы вынуждены оставить их в покое… ради НЕГО же самого.

Дэк уже почти кричал во все горло. Я мягко сказал:

— Из того, что сказала мне Пенни, я понял, что его искалечили. Насколько тяжелы повреждения?

— Что?.. Вы просто не так поняли Пенни. Кроме того, что он был дьявольски грязен и нуждался в бритье, никаких физических повреждений у него не было.

Я недоуменно смотрел на него.

— А я думал, что они его били. Что-то вроде избиений бейсбольной битой.

— Лучше бы, если бы так! Что значит две-три сломанные кости? Нет-нет, все дело в том, что они сделали с его УМОМ!

— Ох… — Мне вдруг стало плохо. — Промывание мозгов?

— Да. Да и нет. Пытаться вытянуть из него какие бы то ни было секреты было бессмысленно, потому что у него их не было. Он всегда играл в открытую, и все это знали. Поэтому они просто старались держать его под контролем, чтобы он не пытался сбежать.

— Док считает, — продолжал он, — что они ежедневно вводили ему минимальную дозу, как раз достаточную для того, чтобы держать его в нужном состоянии, а напоследок всадили такую лошадиную дозу, что от нее и слон превратился бы в ненормального. Лобные доли его мозга, должно быть, пропитаны этой дрянью, как губка.

Тут я почувствовал себя настолько дурно, что про себя поблагодарил судьбу за то, что ничего не ел. Как-то раз мне довелось прочесть кое-что на подобную тему. После этого вопрос о наркотиках и их применении вызывает у меня такую ярость, что я сам удивляюсь. На мой взгляд, в том, что творят с человеческой личностью, есть что-то невероятно аморальное и низменное. По сравнению с этим убийство есть преступление чистое и естественное, просто маленький грешок. “Промывание мозгов” — термин, который дошел до нас из последнего периода Темных веков; тогда его применяли для того, чтобы сломить волю человека и изменить его личность путем физических страданий и жестоких пыток. Но эти процедуры могли занять несколько месяцев, поэтому немного позже открыли “более эффективный” путь к достижению той же цели. Человека смогли превратить в бездумного раба в считанные секунды — просто введя ему одно из нескольких производных кокаина в лобные доли мозга.

Эта омерзительная практика сначала получила применение в лечении буйных душевнобольных, чтобы сделать их пригодными для психотерапии. В том виде и в то время это было весьма ценным достижением, так как избавляло врачей от необходимости применять лоботомию. “Лоботомия” — слово такое же устарелое, как и “пояс верности”, и означает хирургическое вмешательство скальпеля нейрохирурга в мозг человека, которое приводит к потере личности. Применяли его довольно широко, совсем как когда-то избиение с целью изгнания дьявола.