Встает и подходит ко мне. Нависает сверху, опираясь руками по обе стороны от меня. Задерживаю дыхание, когда он оказывается так близко ко мне. По спине пробегает вереница мурашек, а сердце пускается вскачь.
Мне нравится ощущать его близость, нравится, когда он смотрит на меня с каким-то потаенным голодом, и я понимаю, что в такие моменты влюбляюсь в него сильнее.
– Если ты боишься ехать с детьми без кресел, может, сестра пока с ними посидит?
Его вопрос немного приводит меня в чувства. Поднимаю на него глаза и тону в глубоком взгляде. Кажется, я попала в его сети и даже не заметила когда.
– Возможно, и посидит, – голос садится от переизбытка и теперь похож на шепот.
– Спросишь?
Приближает губы ко мне, а я жадно слежу за каждым их движением.
Слегка киваю, но Роме этого достаточно. Пробегается поцелуями по щеке и прикусывает мою нижнюю губу.
Нужно привыкать к его поцелуям и не трястись каждый раз. Нужно ведь привыкать? Или я мечтаю о чем-то несбыточном?
– Я пойду?
Задыхаюсь после поцелуя, щеки полыхают, но я с усилием заставляю себя не опускать глаза.
– Давай, я жду, – ухмыляется.
Бочком пячусь от него, пока он провожает меня плотоядным взглядом.
Линка обнаруживается в зале с малышней.
– Лин, сможешь побыть с бесятами? Рома отвезет меня за телефоном.
Становится стыдно, что спихиваю сестре заботу о сыновьях, но пока не представляю, как можно нам вместе куда-то выбраться и как это вообще будет выглядеть.
Двойнята нечасто бывали в торговых центрах, и их реакцию угадать очень сложно. Практически невозможно.
– О, сразу бы так! Конечно посижу, – Лина зевает и потирает глаза.
– Точно? – на всякий случай спрашиваю, потому что по ней видно, что сестра чуть ли не клюет носом.
Линка тут же встряхивается и с укором смотрит на меня, типа того, с чего бы я уточняла, словно впервые.
– Не первый день замужем.
Это я уже слышала.
Хмыкаю:
– Ну, то была работа…
– Ну и что? – сестра дергает плечом. – Лен, ничего плохого в том, что ты хочешь развеяться, нет. Мне несложно побыть с бесятами. Я даже успела соскучиться за ночь. Кстати, – она прерывается и хитро смотрит на меня, а я снова краснею, как подросток, – не зря я домой не приехала, да, систер?
И прищуривается так красноречиво. Пытаюсь не упасть в грязь лицом и расправляю плечи. В конце концов, я уже взрослая девочка, и за каждый поступок можно не краснеть.
– На что ты намекаешь, не понимаю, – невинно хлопаю глазами.
Линка начинает хихикать, и мне не нужны больше объяснения.
– Я одеваться, – показываю ей язык и скрываюсь в комнате.
Быстро переодеваюсь в спортивное платье, надеваю носки с довольными рожицами, заплетаю две косы. Минимум косметики, духи.
Еще раз окидываю себя взглядом и остаюсь удовлетворена внешним видом.
В кухне застаю Рому с Пашей. Сын сидит напротив мужчины и показывает Роме игрушку. Рома сосредоточен на ребенке, и эта картина заставляет меня дрогнуть.
Павлушка замечает меня и улыбается. Рома тоже переводит на меня взгляд, и столько в его глазах теплоты, что, кажется, даже меня она согревает.
Черт! Мне стыдно, что я утаиваю от него факт отцовства, но сейчас мне просто страшно признаваться. Слишком все наперекосяк.
Ладно, пущу пока все на самотек. Все же я считаю, что сначала нужно посмотреть, как будут складываться наши с ним отношения.
– Красавица, – Рома встает и притягивает меня в объятия.
Щеки снова предательски вспыхивают от комплимента. Павлушка задирает голову и с интересом смотрит на то, как маму обнимает кто-то, кроме него.
– Парень, ты не против, если я тут маму твою немного обниму?
Рома при этом не теряется, в отличие от меня, и получает угуканье сына.
Павлуша с важным видом проползает возле наших ног, и Рома хмыкает:
– Они такие прикольные.
Смотрю на лучики, которые разлетаются возле его глаз от улыбки, и сама улыбаюсь.
– Ну, бывают периоды, когда хочется их отшлепать.
Рома разворачивает меня и подталкивает в коридор:
– Не без этого, на то они и дети. Сказал самый знающий в мире мужик, ага.
Кривляется, и я не могу сдержать смеха.
– Судя по тому, что ты собрана, сестра все же тебя отпустила со мной.
– Да, буквально выгнала.
– Вот и отлично.
Рома одевается и заботливо накидывает мне на плечи куртку.
– Лин, мы пошли!
Сестра только приглушенно угукает.
– Через меня проедем, я хоть переоденусь.
– Хорошо.
Рома переплетает наши пальцы, и мы едем в тишине, которую совсем не хочется нарушать болтовней. Да и к чему разговоры, если мне и так все нравится и все устраивает?
Доезжаем до его дома, и Рома поворачивается ко мне:
– Со мной пойдешь?
Мотаю головой:
– Ты быстрее справишься один. Тут подожду, если ты не против.
– Ты права, я быстро, – чмокает меня в губы, – а то, боюсь, если я тебя к себе в пещеру затащу, то мы до вечера не выйдем.
Рома оставляет меня одну, и я откидываюсь на спинку. Но через минуту я напрягаюсь, когда замечаю подъехавшую машину и вышедшую из нее Лизу. И внутри тут же поднимается волна плохого предчувствия.
Рома
Заканчиваю переодеваться, когда в дверь звонят. Интересно. Может, веснушка передумала и решила подняться?
