Лампа замер на секунду, затем хмыкнул.
— Зелье против перевёртышей? — повторил он. — Зачем?
— Это распоряжение Павла Александровича, — спокойно солгал Георгий.
Лицо молодого алхимика закаменело. Странное выражение скользнуло по нему, оно неуловимо изменилось, словно маска.
— Ты лжёшь, Жора, — голос Лампы внезапно стал глубже и богаче оттенками. — Господин ничего такого не говорил. Я бы знал.
Георгий напрягся. Это был уже не тот неуклюжий молодой алхимик, которого он знал. Перед ним стоял совершенно другой человек, словно кто-то воспользовался телом Евлампия.
— Что? — тихо спросил слуга.
— Мне нужно знать, зачем главному слуге вдруг понадобилось оружие против ближайших помощниц господина?
Георгий не ответил сразу. Его мысли лихорадочно метались: «Откуда этот мальчик знает правду про жён господина. Неужели Павел Александрович рассказал ему? Но когда и почему? Ведь, кроме него и Витаса, никто не в курсе, кто на самом деле Елена и Вероника. Раз алхимику доверяет господин и Евлампий знает правду, то почему бы и ему не начать?»
— В последнее время сёстры ведут себя странно, — наконец произнёс Жора. — Выходят по ночам, возвращаются в крови. Говорят о каких-то шпионах на территории, которых они выслеживают и убивают.
Брови Лампы взметнулись вверх.
— Шпионов? Чьих?
— Не знаю, — покачал головой Георгий. — Но они действуют без приказа Павла Александровича, без моего ведома. И это опасно, причём для всех нас.
Рыженький задумчиво погладил подбородок — жест, который он никогда не делал. У слуги отличные память и внимательность. Всегда нужно знать, кто перед тобой и как ему угодить.
— Я сделаю тебе это зелье, — наконец сказал Лампа. — Но только как защитную меру. Ты не станешь использовать его, пока не будет доказано, что девочки действительно предают род.
— Я верен Павлу Александровичу, — твёрдо сказал Георгий. — Всё, что делаю, я делаю ради него и рода Магинских.
— Надеюсь, это правда, — кивнул рыженький и оскалился. — Возвращайся завтра ночью, зелье будет готово. Мне интересно посмотреть, что из этого всего выйдет, а то стало как-то скучно.
В течение нескольких дней Георгий собирал информацию по крупицам. Он видел, как перевёртыши тренируются в своей истинной форме глубоко в лесу, прорабатывая какие-то боевые комбинации, которые никогда не демонстрировали раньше.
Жора нашёл в их покоях странные чертежи особняка с отмеченными точками, которые, как он понял, были идеальными позициями для засады. Все основные коридоры размечены, особенно подходы к комнатам Павла Александровича и подвалу, где держали Александру.
А однажды ночью Георгий, следуя за сёстрами, стал свидетелем ужасающей сцены. Перевёртыши в своей истинной форме атаковали группу монстров на южной границе владений. Это было бы нормально: защита земель от тварей — обычное дело. Но после того, как монстры были уничтожены, Елена и Вероника напали на людей. На троих охотников из отряда Витаса, которые, видимо, тоже выслеживали этих монстров.
Нападение оказалось настолько быстрым и жестоким, что охотники даже не успели понять, что происходит. Перевёртыши разорвали их на части, а затем аккуратно разложили тела так, чтобы казалось, будто это сделали монстры.
— Ещё на три шпиона меньше, — удовлетворённо произнесла Елена, возвращаясь к человеческой форме.
— Но они были из людей Витаса, — заметила Вероника, тоже преображаясь. — Нужно быть осторожнее. Он может начать задавать вопросы.
— Пусть задаёт, — пожала плечами девушка. — Это его люди приносят вред роду. Мы просто чистим территорию от предателей.
Георгий беззвучно отступил. Теперь он понял, откуда берутся странные несчастные случаи и нападения монстров, которые в последнее время участились. Перевёртыши проводили свою чистку, уничтожая тех, кого считали угрозой, и маскируя это под атаки тварей из леса.
Вернувшись в особняк, слуга рода крепко сжал в кармане флакон с ядом, который передал ему Лампа. Рука дрожала. Мысли метались: «Использовать его сейчас? Или ждать более прямых доказательств предательства? И кому вообще можно доверять?»
Георгий тяжело опустился в кресло. Последние слова Павла Александровича перед отъездом теперь звучали пророчески: «Когда найду такую клятву, которую невозможно ни разрушить, ни изменить… Вот тогда можно поговорить о доверии. Но, пока этого не произошло, я буду готовиться к худшему, обеспечивая максимальную защиту для своего рода».
Георгий в последнее время заметил странное поведение Витаса. Лейпниш следил за ним и тайно встречался с наёмниками. Ещё и Медведь, который сам не свой. И в кабинете кто-то был.
Сначала он думал, что это перевёртыши, но запах табака выдал мужчину. И словно этого мало, ещё и Евлампий. Жора стал за ним наблюдать. Утром один человек, вечером — другой. Да и Ольга зачастила к Александре, тоже ведёт себя слишком настороженно.
Выглядело так, словно все они плетут заговоры против господина. И Георгий должен был решить, кто действительно предаёт Павла Александровича, а кто всего лишь исполняет его указания, пусть и своеобразно.
