— Неужели? — рассмеялся барон. — И как же?
Я действовал так быстро, что они даже не успели среагировать. Лёгкий удар в солнечное сплетение Аркадию, и тот согнулся пополам, хватая ртом воздух. Его друг попытался отскочить, но я схватил парня за запястье и вывернул руку. Хруст сломанной кости эхом разнёсся по вагону. Он не успел даже закричать — я зажал ему рот ладонью.
— Сейчас ты перестанешь шуметь, — прошептал на ухо, — или следующей будет твоя челюсть. Понял?
Он часто-часто закивал, глаза его наполнились слезами. Я отпустил паренька, и тот рухнул на пол рядом с бароном, который всё ещё не мог отдышаться. За всем этим восторженно и возбуждённо наблюдали монстры.
— Господин дерётся за нас! — заявила Изольда.
— Да! — подхватила Лахтина.
— Ещё раз будете глазками стрелять и привлекать сюда мужиков — посажу обратно в пространственное кольцо! — рявкнул я на них.
Вот же бабы… Независимо от того, человек перед тобой или монстр, женщины везде одинаковые.
Шум, конечно, привлёк внимание проводников и других пассажиров. Почти сразу появился начальник поезда — импозантный мужик с усами и при часах.
— Что здесь происходит? — строго спросил он, оглядывая картину: двое молодых аристократов на полу, один держится за руку, второй всё ещё не может отдышаться.
— Несчастный случай, — ответил я спокойно. — Господа не удержались на ногах при резком торможении поезда.
— При каком торможении? — удивился начальник.
— При том, которое было десять минут назад, — невозмутимо ответил я.
— Но поезд шёл ровно…
— Нет, было торможение, — твёрдо сказал, глядя ему прямо в глаза. — Эти молодые люди упали и получили травмы. Я как раз собирался оказать им помощь.
Аристократы на полу молчали. То ли от страха, то ли от боли, но вступать в спор со мной они не решались.
— Я хочу заявить… — наконец прокашлялся барон.
— О вашей неосторожности? — перебил его. — Конечно. Напишете заявление начальнику поезда, он передаст куда следует.
Мой голос был спокоен, но глаза обещали новые страдания, если эти двое решат открыть рот не по сценарию. Они всё поняли.
— Да, о моей неосторожности, — пробормотал барон. — И друга моего тоже.
Начальник поезда переводил недоумённый взгляд с меня на молодых людей и обратно. Было видно, что он не верит в эту историю, но спорить с графом и капитаном — не его уровень.
— Я вызову медбрата, — решил мужчина. — А вы, господа, будьте осторожнее при ходьбе по вагону. Особенно во время… торможений.
Пришлось заплатить начальнику поезда за доставленные неудобства. Но после этого случая молодые люди перестали ползать к девушкам. В таких вот житейских дрязгах пролетела половина пути.
В один из вечеров постучали в дверь. Я только что закончил небольшую тренировку — отжимания, приседания, растяжка. После слияния с кожей степного ползуна моё тело требовало регулярных нагрузок, иначе энергия бурлила внутри, не находя выхода.
Подошёл и открыл дверь, вытирая пот с лица полотенцем.
Передо мной стоял представительный мужчина средних лет. Высокий, статный, в костюме-тройке безупречного покроя. Тёмные волосы были аккуратно зачёсаны назад, подчёркивая высокий лоб и резкие черты лица. Что-то в его внешности напомнило мне южан.
— Я барон Эдуард Семёнович Снежков, — представился мужчина с лёгким поклоном.
Поглядел на него внимательнее: лет тридцать, чем-то на турка похож. Кожей, наверное, — такая же тёмная, как и глаза. Хотя… Может, просто загар?
— Граф Магинский, — кивнул я в ответ.
Его глаза широко распахнулись, брови взлетели вверх.
— А-а-а… — замялся он тут же. — Вы? Магинский? Тот самый?
— Наверное, — пожал плечами, с интересом наблюдая за реакцией.
Барон резко побледнел. Его ладонь, только что протянутая для рукопожатия, опустилась. В глазах промелькнул страх.
— Простите! — поклонился он ещё ниже и тут же ретировался.
Я усмехнулся, закрывая дверь. Что это было? Репутация бежит впереди меня?
Через час, когда я заказал чай в купе, проводник рассказал мне интересную историю. Те двое, которые получили немного воспитания, нашли в поезде мага и заплатили ему, чтобы он вызвал меня на дуэль. Но стоило тому узнать мою фамилию, как он тут же вернул деньги и отказался от затеи.
Этим магом и был барон Снежков. Вот почему так резко побледнел, увидев меня. Ожидал встретить какого-нибудь зазнавшегося капитанишку, а получил графа Магинского — того самого, который заключил мир с Османской империей.
Блин… А я бы не отказался от дуэли. Размять косточки после долгого сидения в поезде было бы неплохо. Ладно, может быть, в другой раз повезёт.
Вернувшись с чаем, прилёг на кровать, размышляя о своей новой репутации. С одной стороны, хорошо, когда твоё имя вызывает уважение или даже страх. Это отсекает многих потенциальных противников. С другой — привлекает внимание тех, кто действительно уверен в своих силах.
Что обо мне говорят среди аристократов? Наверняка многим не нравится моё стремительное возвышение. А другие, более дальновидные, уже, наверное, прикидывают, как можно использовать влияние Магинского в своих интересах.
