— Думаю, это поможет прояснить ситуацию, — протянул бумаги жандарму.
Тот взял документы и начал внимательно их изучать. Его глаза расширились, когда он увидел подпись генерала Ростовского.
— Это… — жандарм поднял взгляд на меня. — Подлинные документы?
— Абсолютно, — кивнул я. — Только что вернулся с южного фронта, где по поручению генерала Ростовского заключил мирный договор с Османской империей. За это и получил графский титул.
Толпа вокруг зашепталась. История с миром уже просочилась в газеты, но детали были известны немногим.
Жандарм вернул мне документы с куда большим уважением.
— Прошу прощения за задержку, господин граф, — сказал он уже совсем другим тоном. — Но процедура…
— Вы не верите ему? — вскричал барон. — Он сломал руку моему другу! Это… это преступление!
— Молодой человек, — жандарм повернулся к нему с видом учителя, отчитывающего нерадивого ученика, — передо мной капитан, получивший личную благодарность от генерала Ростовского за заключение мира. Вы действительно хотите продолжать свои обвинения?
Аркадий замялся, его приятель что-то прошептал ему на ухо.
— Но моя рука… — пробормотал он уже не так уверенно.
— Прискорбный случай, — вздохнул жандарм. — Но, учитывая, что вы, по словам графа, приставали к его служанкам после предупреждения… — он развёл руками. — Можете написать заявление, конечно. Но с учётом статуса графа и его заслуг перед империей я бы не советовал.
Шмидт побагровел и всё же промолчал. Приятель потянул его за рукав, и они начали медленно отступать.
— Ладно, — процедил барон. — Но мой отец узнает об этом!
Они развернулись и быстро растворились в толпе. Жандарм вздохнул с облегчением.
— Извините за это, граф Магинский. Молодые аристократы… — он покачал головой. — Но нам всё же нужно оформить протокол о нападении этих бандитов.
Я кивнул, смиряясь с неизбежным, когда вдруг в толпе кто-то закричал:
— Смотрите! У неё чёрное лицо!
Я резко обернулся. Фирата стояла, прижав руки к груди, а её вуаль болталась на шее. Кто-то в толпе задел девушку, и ткань соскользнула, обнажив тёмное лицо.
— Негритянка! — ахнула какая-то дама, театрально прижав руку ко рту.
— Не негритянка! — выкрикнул мужчина в поношенном костюме. — Шпионка! Турецкая шпионка, выкрашенная!
Толпа загудела, как потревоженный улей. Люди начали напирать, указывая пальцами на Фирату. Девушка тряслась от страха, пытаясь прикрыть лицо руками. Лахтина и Изольда встали по обе стороны от неё, готовые защищать.
— Арестовать! — завопила полная женщина в цветастом платье. — Это диверсантка! С юга!
— Да-да! — подхватили другие. — Шпионка! Ведьма!
Жандарм явно растерялся. С одной стороны — известный граф с документами от самого Ростовского, с другой — темнокожая женщина, вызвавшая такую бурную реакцию.
— Господин граф, — обратился он ко мне, — это действительно ваша служанка?
— Да, — твёрдо ответил я. — Фирата — моя служанка, как и эти две женщины. Они прибыли со мной с южного фронта.
— Но её внешность…
— Она не из наших краёв, — пояснил я, не вдаваясь в подробности. — И находится под моей защитой и ответственностью.
— Не верьте ему! — закричал кто-то из толпы. — Это ловушка! Подосланные шпионы!
— Тихо! — рявкнул жандарм, но толпа уже вошла в раж.
— Проверить документы! — требовали одни.
— Арестовать! — вторили другие.
— Да они все ненормальные! — кричали третьи, указывая и на Лахтину с Изольдой. — Видели, как с бандитами расправились?
Фирата дрожала всё сильнее. Я заметил, как её глаза начали меняться — человеческая форма стала нестабильной от страха. Если она сейчас преобразится в гигантскую песчаную змею посреди вокзальной площади…
— Достаточно! — мой голос прорезал гул толпы, заставив людей на мгновение замолчать. — Жандарм, выполняйте свои обязанности. Эти женщины — мои служанки, и я требую защиты от сброда.
Мой тон не оставлял места для возражений. Жандарм вытянулся, словно отвечая на приказ высшего по званию, и кивнул.
— Разойтись! — скомандовал он людям. — Немедленно! Или будете арестованы за нарушение общественного порядка!
Его коллеги тоже подтянулись, образуя живой щит между нами и возбуждённой толпой.
— Граф Магинский, — обратился ко мне старший жандарм, — всё же придётся проехать в отделение. Для вашей же безопасности и оформления документов.
Я мысленно проклял всё на свете. Домой, я хочу домой!
— Хорошо, — согласился. — Только побыстрее.
Жандарм кивнул и указал на свою машину — чёрный автомобиль с эмблемой службы правопорядка на дверце:
— Прошу вас.
— У нас будет своё такси, — возразил я. — Мне не нужны лишние сплетни о том, что графа Магинского забрали жандармы на машине, когда он только вернулся с войны.
Страж порядка хотел возразить, но передумал.
— Как пожелаете, — кивнул он. — Мы сопроводим вас.
Я подозвал два свободных такси и помог девушкам сесть в первую машину. Фирата всё ещё тряслась, но вуаль уже была на месте. Лахтина что-то шептала ей на ухо, успокаивая. Сам я сел во вторую машину и приказал следовать за жандармской.
