— Что конкретно там с этой деревней? — я спросил прямо, глядя на него в упор и не давая увернуться от ответа.
— Там… живёт нужный тебе человек, — ответил монгол уклончиво, нарочно отводя взгляд в сторону.
Что-то важное недоговаривал, это стало очевидно по его манере речи и поведению.
— А остальное увидишь сам, своими глазами. Не хочешь ехать — можешь не ехать, но Бат с отрядом отправится туда в любом случае. Ему прямо приказали быть именно там.
Но выбора, похоже, действительно не было. Либо следовать за местными проводниками, либо остаться совершенно одному в чужой, потенциально враждебной степи без карт и знания языка. Небольшая остановка не сильно помешает.
Продолжили путь в молчании. Копыта лошадей методично выбивали ритмичную дробь по твёрдой, выжженной земле. Солнце пекло немилосердно, как раскалённая печь. Пот обильно стекал по спине ручьями, рубаха намертво прилипла к влажному телу. Но никто из группы не жаловался на жару — ни люди, ни усталые животные. И где-то через час напряжённой езды мы наконец оказались на месте назначения.
Осмотрел окрестности внимательным взглядом. Домов всего двадцать, не больше. Никакого защитного ограждения, частокола или хотя бы символического забора вокруг поселения. Просто строения посреди бескрайней равнины, чуть ближе к редкому лесу на горизонте. Словно невидимый великан разбросал их здесь небрежной рукой и навсегда забыл.
Монголы уже проворно спешились, привязали своих лошадей к воткнутым в землю кольям и куда-то направились пешком. Мы остались сидеть на наших конях с Изольдой, наблюдая за происходящим.
Как коротко сказал Бат, им нужно ровно десять минут на неотложные дела. Для чего конкретно — не уточнил, как обычно.
Я закрыл глаза и попытался сосредоточиться на внутренних ощущениях. Капище, проклятое Зло, призраки мертвецов…
Заглянул глубоко в себя, проверил состояние магии. К сожалению, сила мира после сегодняшних событий практически не подросла. И на это есть несколько логичных предположений. Первое — её слишком мало изначально. В прошлый раз в поезде тоже была всего одна жалкая капля крови. Либо потому, что Зло активно рвали на части призраки мертвецов, не дав мне полноценно развить энергию. А возможно, верны оба варианта одновременно.
Теперь есть ещё одно важное наблюдение для размышлений. Каким-то неведомым образом «духи» умеют влиять на эту загадочную субстанцию. Моя рабочая теория постепенно подтверждается фактами. Осталось выяснить тонкости процесса, и у меня появится ещё одно мощное оружие против той мазуты, что надёжно спрятана в кольце.
Мысли текли непрерывным потоком, анализировали каждую деталь, сопоставляли разрозненные факты в единую картину. Что-то важное всё ещё не складывалось воедино, словно в сложной головоломке недоставало нескольких ключевых элементов.
Тут я огляделся вокруг более внимательно. Что-то здесь категорически не так. Глаза видели самую обычную степную деревню, но все остальные обострённые чувства дружно кричали об опасности.
Эта деревня какая-то неправильная, неестественная. Вроде бы повсюду есть явные следы недавней жизнедеятельности людей, но… Заброшенные рабочие инструменты валяются около домов без присмотра. Детские самодельные игрушки оставлены прямо посреди главной улицы. Мокрая одежда по-прежнему сушится на натянутых верёвках между домами. Всё красноречиво говорит о том, что люди были здесь совсем недавно, буквально час-два назад, но…
Животных нигде не видно, как и самих людей. Ни одна собака не лает на чужаков, ни куры не клюют зерно во дворах, ни коровы не мычат в загонах. Дым из печных труб не валит, хотя уже время обеда. И звуки человеческой жизни полностью отсутствуют. Нет весёлого детского смеха, нет женских разговоров у колодца, нет мужских грубых возгласов. Только степной ветер монотонно шуршит в высокой жёлтой траве да жалобно поскрипывают несмазанные петли на покосившихся калитках.
Что-то очень и очень не так с этим местом. Деревня словно застыла во времени навечно, как древняя муха в прозрачном янтаре. В воздухе висело что-то, почти осязаемое. Запах… Да, был какой-то неуловимый запах. Сладковатый, приторный, вызывающий тошноту. Знакомый, но не могу вспомнить, откуда.
Перевёл взгляд на Изольду, чтобы поделиться наблюдениями. А она не двигается вообще. Совсем. Просто безмолвно сидит в седле, как восковая кукла, не моргает, даже, кажется, не дышит. Глаза стали мутными, словно покрылись тонкой мёртвой плёнкой. Зрачки расширены до предела, полностью поглотили радужку. Рот слегка приоткрыт, но признаков дыхания не видно совершенно.
Холодок пробежал по всему позвоночнику. Ладонь инстинктивно метнулась к рукояти кинжала. Что происходит с женщиной? Что, чёрт возьми, творится в этой проклятой деревне?
— Изольда! — резко окликнул, но она даже не дрогнула. Никакой реакции. Полная неподвижность живой статуи.
Спешился и подошёл к ней вплотную. Потряс за плечо — тело податливое, но безвольное. Пульс на шее есть, но очень слабый. Дыхание едва заметное. Она словно погрузилась в глубочайший транс или магический сон.
