В референтуре секретно-шифровального отдела консульства России в Берлине на Беренштрассе было тихо и пыльно. Старший лейтенант ФСБ из аппарата прикомандированных сотрудников Кейт Фролова неторопливо протирала тряпочкой папки с литерными делами, хранящимися в многочисленных сейфах, окрашенных в блёклые защитные цвета. Фикусы уже были щедро политы, приглашения на творческий вечер с поэтом Робертом Вабером разосланы по дружественным посольствам, консул Прокопенко уехал на рыбалку, поэтому делать было, в общем, нечего.
В комнату вошел её напарник, младший советник консульства, он же сотрудник подразделения наружного наблюдения — «семерки» — ФСБ, Виктор Ауэрбах:
— Кать, ты всё с архивами паришься? Пошла бы лучше по магазинам прошвырнулась. Я никому не скажу. Шучу. Кстати, знаешь, что мой прикрепленный из Шарлоттенбург-Вильмерсдорфа сегодня на линии поймал?
— Не интересуюсь! — Кейт Фролова презрительно пожала красивыми плечами. — Твои тупые свистки только новости из утренних газет переписывать могут. На твердой зарплате. И то, в последнее время сплошную дезу гонят, да ещё и с орфографическими ошибками. А мне это дерьмо шифровать.
— Да ладно, не кипятись, — Виктор по-советски приобнял Кейт за плечи, — похоже наш резак Пингвин получил отмашку из Центра на полное автономное плавание. Везёт же некоторым людям!
Глаза Кейт романтически увлажнились. Всякий раз, когда в разговоре всплывал псевдоним старшего агента специального назначения майора Андрея Ступина, у неё холодело в районе казённого бюстгальтера и чесалось под коленями.
— А ты изучал инструкцию двадцать восемь дробь пять? — спросила она сердито стряхнув руку Виктора. — Хочешь на историческую Родину до срока вернуться? Так я тебе это быстро устрою. Будешь охранником в Моссовете штаны протирать за три рубля в день. Болтать надо меньше, боевик хренов!
— Понял, — ухмыльнулся Виктор и направился к выходу, — считай, что я тебе ничего не говорил. Всё, я поехал по стационарным постам, посмотрю, как ребята выставились. Скоро новую версию «Барса» из Москвы подгонят, надо осваивать. А я бы на твоём месте Ступина проверил по учётам.
— Успокойся, его давно сняли со всех плановых ОП-ов и фильтраций. Пингвин теперь рапортует напрямую в совбез при Президенте. Так и доложи своим по линии.
Виктор удивленно присвистнул, послал Фроловой воздушный поцелуй и закрыл за собой дверь с другой стороны.
Кейт подошла к окну и стала бессмысленно смотреть вниз, на размытые дождем по стеклу копии автомобилей: «А, может, бросить эту собачью службу? Вон и Гельмут замуж зовёт. А что? Останусь здесь. Нарожаю этому похотливому старикашке детей. Не расстреляют же меня наши за такой пустяк? Хотя, за шифры, конечно, могут. Отравить, например. Или прирезать в подворотне. Блин, куда же мне, такой умной и красивой податься?» И старший лейтенант Фролова меланхолично-привычным жестом достала из ящика стола бутылку крепчайшего шнапса «Нордхаузер».
Тем временем, в резиденции Андрея Ступина на Софи-Шарлот-Платц вечеринка была в самом разгаре. Обмывали недавно присланную новую шикарную мебель из красного новозеландского дерева «риму». А также очередную медаль «За похвальную службу» (DMSM) Министерства обороны США, на прошлой неделе врученную Андрею дипкурьером из Вашингтона. И фиктивное увольнение из ФСБ. На вечеринку Алина Ступина надела самую короткую микро-мини-юбку из кожи боа-констриктора, накрахмаленный кружевной передник и белые ажурные чулки.
Она хохотала, задирала перед гостями ноги до потолка и изображала то служанку, то немецкую порнозвезду Вивиан Шмидт, что получалось у нее чересчур похоже. Андрей Андреевич Ступин был одет в торжественный чёрный смокинг, но почему-то был не обут. Он ходил босиком по протёртым до дыр персидским коврам семнадцатого века и со смехом демонстрировал гостям платиновые кольца жены, надетые на пальцы ног. Приглашены были только свои. Тихая пожилая пара, потомки князей Белоконских из послереволюционной волны эмиграции. Один престарелый, раскаявшийся и денацифицированный гестаповец — по совместительству бывший полковник СМЕРШа Второго Украинского фронта. Молодые сотрудники-стажёры дипмиссии США. Глава компании «Кока-кола» в федеральной земле Бранденбург. Русский поэт-дадаист Серж Думбадзе с женой. Некто Петров из подрезидентуры в Дрездене. Три элитные проститутки по вызову с Курфюрстенштрассе в чине старших сержантов — штатные информаторы ФСБ. И далее, по убыванию: посол Финляндии, несколько моложавых начинающих миллионеров из провинции, нефтяной шейх из Эр-Рияда, безымянная певица из кабаре Аншрифт и легендарный берлинский шеф-повар Зигфрид Рокендорф. Замыкал список хмурый профессиональный наёмный убийца-албанец, которого все гости обзывали «Энвер Ходжа», запросто хлопали по чугунному плечу и предлагали выпить на брудершафт.
