Липа Константин Романович погиб в ДТП месяц назад. Мышки к тому момент на «Заслоне» еще и духа не было.
ДТП. Арендный флайкар, у которого внезапно отказало управление во время совершенно стандартного маршрута. Конечно, такое случается, нечего использовать флайкары компаний с сомнительной репутацией. Суды еще идут, семья по праву требует компенсацию, и компанию наверняка разденут до нитки, а директора посадят за нарушение норм эксплуатации.
Всякое случается. Только в этот раз оно случилось настолько вовремя и удобно, что просто не может не вызывать подозрений. Это уже не звоночек – набат.
Мышка раздраженно смахивает сообщение и отходит к окну, чтобы успокоиться. За окном темень непроглядная, как всегда в пустыне, но внутри купола ее мягко подсвечивают фонари – не так сильно, чтобы бить по глазам, но достаточно, чтобы случайный ночной путник не заблудился. При желании окно можно затемнить полностью, тогда и этот свет в комнату пробиваться не будет, хотя Мышка такого не любит – сразу кажется, что находишься в запертой банке.
Она смотрит на фонари, на этот мягкий желтоватый свет и крутит в голове мысль: она никуда отсюда без Ёкая не уедет. Не потому, что она героиня и не опасается за свою жизнь.
А потому, что если ко всему происходящему причастен Ёкай – она обязана выволочь эту гадину на белый свет. И загрызть.
Действительно, промышленные шпионы обычно с подобным не связываются, тем более настолько квалифицированные, как Ёкай. Это в детективных сериалах шпионы бегают с пистолетами и выкрадывают информацию, пробираясь под личинами в Главный Штаб Главного Врага, а тех, кто стоит на пути, устраняют разными изощренными способами; на деле никто не смешивает шпионов и ликвидаторов. При рисках разоблачения шпион сообщит об этом в организацию и уйдет в тень – на такой случай в них всегда заготовлены несколько путей отхода. Потому и ловят зачастую мелких пешек вроде связистов, которые оказались недостаточно умны, чтобы подстелить соломку. Ёкай вот, говорят, от коллег из других стран уходил минимум трижды.
Сложно представить, что Ёкай в этом замешан. Как преступники не меняют «масть», так и шпионы не занимаются ничем, кроме шпионажа – слишком это высококвалифицированная профессия. Должно произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы хороший шпион влез в такую дурно пахнущую историю.
И шанс этого «выходящего» – двадцать процентов.
Целых двадцать процентов. Она не может их игнорировать. Как и представить, что «Заслон» понадобился одновременно двум независимо действующим организациям: в жизни, конечно, бывает всякое, но вероятность таких совпадений не слишком высока.
Ты не Звезда, ты дятел, вздыхает мысленно Мышка. Тоже умеет проклевать все мозги, если ему это нужно.
Она завершает связь с Центром и идет спать. Хотя заснуть после таких новостей, конечно, долго не может.
*
Тем временем жизнь и работа идут своим чередом. Ёкай присылает еще несколько заглушек и наконец передает первое полноценное сообщение, которое Мышка анализирует со всем тщанием. Данные, конечно, зашифрованы, но шифр не такой сложный, чтобы натренированная годами Машенька не справилась. Выясняется, что у Ёкая есть доступ к базе закупок – во всяком случае, именно из его списка раньше, чем от собственного начальства, Мышка узнает, какие именно чипы для ее схемы запросили схемотехники. Даже отвлекается ненадолго, оценивая запрос: похоже, схемотехники перестраховываются и заказывают больше вариантов, чем нужно. Интересно, с чем это связано – они не уверены в успехе или просто создают запас на крайний случай?.. Впрочем, времени на анализ у нее нет. Мышка разворачивает канал связи с Dead Rats и отправляет данные.
Пока они передаются, она сквозь призрачные линии допреальности рассматривает пустыню и далекий-далекий город, кажется, на самом краю горизонта. Сегодня она выбрала точкой выхода смотровую площадку, и вид отсюда действительно завораживающий. Хотя ограждение могли бы сделать и понадежнее, машинально отмечает Мышка: площадка, видимо, не пользуется популярностью, потому и за перилами никто не следит, а они уже пошли ржей.