…Вечером, перекачивая для Dead Rats очередные малополезные данные, Мышка вдохновленно мечтает, куда потратит деньги.
Ёкай молчит, наверняка не в силах набирать ответ через прилипшую к лицу руку. Мышка и сама смеется, представляя описанную ею картину. Это правда, она никогда не была на море, зато полжизни прожила у реки – и ей этого хватает. Как и дома, и сада, в котором кроме чирикающих птиц еще прорва комаров, ос и прочих малоприятных насекомых. А уж себя в халате и кресле-качалке она и вовсе представить не может.
Мышка на мгновение задумывается, прикидывая, как бы половчее ввернуть нужные даты.
Ёкай собрался утечь с базы 18-го числа, в субботу, в первый же выпрошенный выходной. Интересно, насколько близко его побег к дате атаки.
Неужели? Мышка подбирается. Да ладно, вот так сразу, пальцем в небо?
Да уж, на целых три месяца, фыркает Мышка. Переяславский и того дольше.
Мышка запрашивает у Машеньки прогноз погоды на 21-е число и дальше. Конечно, никаких песчаных бурь там нет и не планируется, их сезон как раз закончился с пару недель назад.
Умничка, Мышка, вслед за ним повторяет она. Не зря выпросила, вынудила буквально остаться на базе и продолжить задание, несмотря на опасность. Все, что могла, сделала, осталось только дождаться вывода. Звезда уже работает над легендой, но пока не форсирует – есть чем заняться помимо этого, а Мышка свой вывод может и подождать.
Глядя на погрузившийся в ночную темень город, Мышка думает, что впервые готова задержаться на задании сколь угодно долго – просто потому, что работать здесь интересно и хорошо. Определенно, «Заслон» останется для нее на всю жизнь мерилом, какой на самом деле должна быть работа нанотехника.
Грустно, что не удастся остаться здесь навсегда, думает Мышка – и тут же поспешно отталкивает эту мысль. Нельзя жалеть.
– Машенька, отправь данные по датам Звезде, – говорит она, рассеянно глядя в темноту купола. – И еще…
Договорить она не успевает.
Визор гаснет, гаснут линзы и освещающие площадку фонари. Все вокруг окутывает тьма, и Мышка остается посреди нее одна – без времени, пространства и окружения.
Мышка не знает, что происходит. Краем глаза она видит, что вокруг, внизу и на других площадках, свет есть, значит, это какой-то локальный сбой. Но что с ее визором, почему не работают линзы?
– Машенька? – на пробу зовет она – сначала шепотом, потом в полный голос.
Тишина и темнота. Ни зги не видно ни в реальности, ни в допреальности, ее просто вышвырнуло из окружения, будто и нет вокруг никаких указателей и сообщений. Это не смертельно, но до крайности жутко, и Мышка на миг чувствует себя беспомощным ребенком, заблудившимся в лесу – однажды она это пережила и запомнила то чувство отчаяния и паники на всю жизнь.
Но сейчас она взрослая. И эту площадку она знает как свои пять пальцев. Ничего страшного, сейчас надо только развернуться, пройти аккуратно напрямик… сколько шагов? Она не знает, наверное, много. Как же тяжело без Машеньки! Кто ей подскажет, какого эта площадка размера, сколько нужно идти?
Мышка тяжело, с усилием выдыхает, отворачивается от края и, вытянув руки вперед, делает первый осторожный шаг.