Двойные листочки полностью

Петя замолчал и перевёл дыхание. Отец, не отрываясь, смотрел на дорогу. Они свернули с центральной улицы и выехали на небольшой проспект. Чуть вдалеке уже виднелось стеклянное здание с эмблемой академии, горящей ярким неоновым светом. Петю колотило, но он смог заговорить снова, и голос его прозвучал неожиданно ровно:

– Я совершеннолетний. И могу делать всё что захочу. Я буду поступать к Зиновьеву.

Отец, скривившись, снизил скорость и, покачав головой, едко сказал:

– Может, и хорошо, что мама этого не видит. Она была бы тобой разочарована.

Слова прожгли Петю насквозь. Отец, казалось, тоже осознал, что только что произнёс. Но удержать Петю он не успел. Остановить машину – тоже. Петя рывком дёрнул ручку и выскочил из машины. И хотя отец успел ударить по тормозам, машина всё ещё ехала, так что Петя, коснувшись асфальта, не смог удержаться на ногах. Мир вокруг завертелся, и следующим, что Петя услышал, был громкий визг тормозов другой машины, которая неслась прямо на него.

Петя зажмурился, лёжа на асфальте в ожидании удара. Но его так и не последовало. Вместо этого Петю настиг крик отца. И в голосе его был не гнев. В четырёх буквах Петиного имени звучал только ужас.

Этот вопль привёл Петю в чувство как раз в тот момент, когда к нему подскочил отец. Петя перевернулся на спину. Отец, белый как мел, лихорадочно его осматривал:

– Ты цел? Руки? Ноги? Ты меня слышишь? Видишь? Голова кружится? Подожди, я вызову «Скорую»…

Петя несколько раз моргнул и сел.

– Нет. Я в порядке. Мне надо идти.

– Ты никуда не пойдёшь!

Отец попытался его удержать, но Петя всё же медленно поднялся. Перед глазами расползались круги.

– Если хочешь меня остановить… Тебе придётся приковать меня цепями. Но, возможно, я даже тогда…

Тут Петя заметил что-то жёлтое на асфальте. Он опустился на колени и поднял деревянный обломок. Обломок палочки. Викин подарок. Он сломал их. Сломал лучшие на свете палочки, которые должны были принести ему удачу. Петя положил обломок в карман, поднялся и медленно пошёл в сторону тротуара. Голова немного кружилась. Его трясло от адреналина. Или от обиды. Или от последних слов отца, которые до сих пор звенели в ушах. Мама была бы разочарована… Петя постарался заглушить эти слова. Его ждёт Низовцев. А Петя опаздывает.

Сзади кто-то сигналил. Отец, пытаясь быстро затормозить, перегородил другим машинам проезд, но его это, похоже, нисколько не волновало, поскольку он даже дверь не закрыл. Отец догнал Петю и развернул, вцепившись ему в плечо.

– Как ты можешь выпрыгивать из машины?! После того, что случилось с мамой, как ты смеешь…

– А как ты смеешь манипулировать моей памятью о ней? – с горечью перебил Петя. – Ты не можешь знать, что она одобрила бы, а что нет. Она меня любит. Любила… Она бы приняла…

Глаза предательски защипало. Петя развернулся и как только мог быстро пошёл в сторону академии. Отец снова заставил его остановиться.

– Ладно. Я не должен был так говорить, это вырвалось случайно. Я не подумал. Пойми, ты моя семья, и мне не…

– Нет у меня никакой семьи! – Петя почувствовал, как горечь снова сменяется злостью. Он резко вырвал руку из хватки отца и выплюнул: – Тебя нет, ты всегда в офисе. А если не в офисе, то всё, что тебя интересует, это мои оценки. Ты и понятия не имеешь, что я за человек. Что я люблю, кто мои друзья и есть ли у меня девушка.

Отец молча смотрел на Петю.

– Представь себе, есть. У твоего сына есть девушка, есть друзья и есть талант. Нет только семьи. Моя семья умерла вместе с мамой. А ты… А ты смеешь говорить, что только рад тому, что её нет!

– Я этого не говорил.

– Именно это ты и сказал. А теперь извини, мне надо идти. Из-за тебя я опаздываю. – Петя сделал шаг, но обернулся: – И не волнуйся о том, что я провалюсь и приползу к тебе. Этого не случится. Если мне когда-нибудь понадобится помощь, будь уверен, ты будешь последним, к кому я обращусь.

Петя отвернулся и зашагал прочь. Отец его больше не останавливал.

Ваня стоял в коридоре академии и постукивал пяткой о стену. Он приехал на час раньше, как они с Певцовым и договаривались, но в итоге ждал и нервничал один. В очередной раз взглянув на часы, тихо ругнулся: без пятнадцати четыре. Где носит Певцова? Если он до сих пор не появился, значит, что-то случилось. Ваня понятия не имел, где его искать, а телефон у Пети был выключен. Может, позвонить Вике? Но стоит ли её беспокоить? С другой стороны, если Петя до сих пор с отцом, то даже она ничего не сможет сделать.

Ваня снова посмотрел на часы. Без десяти четыре. На него уже странно поглядывали окружающие группы, которые тихо беседовали или в очередной раз прогоняли тексты песен. Без пяти четыре дверь в зал открылась, и в проёме показался парень на вид всего на пару лет старше Вани. Должно быть, студент академии и ассистент Зиновьева.

– Группа номер одиннадцать. Низовцев, Певцов. Есть такие?

– Да, – сказал Ваня и оторвался от стены.

Ассистент поднял бровь:

– Где твой друг?

– Я здесь, – раздалось у Вани за спиной.