Миля мягко улыбнулась:
– Однажды твой отец поймёт, что ошибается.
– Это когда же? С моей смертью? – Петя не смог сдержать горькой усмешки.
– Нет, конечно. Не говори так. В прошлом году ты хотел на пробы к Зиновьеву. Вот и пробуй. Это впечатлит даже твоего отца.
– К Зиновьеву берут только группы. А я один.
– Не один. Ты сам мне все уши прожужжал, что на тебя свалился чудо-гитарист. Думаешь, Ваня не согласится?
– Не думаю. Я
– Но он тоже талантлив… – Миля перевела взгляд на Ваню. – Вместе у вас хорошие шансы. Вы же прямо сразу с ним сыгрались, не думала, что так вообще бывает.
Петя вздохнул и потёр виски. Он тоже это отметил на репетиции, но не позволял себе строить никаких планов.
– Сначала нужно разобраться со школьным концертом, – твёрдо произнёс он, обращаясь скорее к себе, чем к Миле. – Если мы нормально выступим, можно будет попробовать поговорить с ним о Зиновьеве. Сейчас нет смысла, – с нажимом проговорил Петя, видя, что Миля собирается возразить. – Надо посмотреть, как он держится на сцене и как мы вместе смотримся. Может, это всё мои фантазии. Вижу то, что хочу видеть.
– Но я-то тоже не слепая! – воскликнула Миля, схватив вилку и, видимо, решив всё-таки поесть. – И не глухая. Вам, ребята, суждено играть на сцене и собирать залы.
Сердце Пети откликнулось на слова Мили ускоренным пульсом.
– Ешь свою траву и не дави на больное, Милёк.
– Это не трава! Я же не корова тебе, – шутливо возмутилась Миля.
– А что это? Я вижу в твоей тарелке только зелёный цвет.
– Это салат! Не все едят порциями, которыми можно неделю кормить семью из трёх человек.
Петя хмыкнул. Он запустил руку в волосы и снова откинулся на спинку стула. Палочка в левой руке завертелась быстрее.
– Что же мне делать с отцом? – Петя задумчиво вёл взгляд по потолку, как будто там могла оказаться какая-нибудь подсказка. – Может, двоек наполучать? Тогда меня будут оставлять после уроков на исправления, а потом мы будем репетировать.
– А потом тебя отчислят за неуспеваемость, – сказала Миля, жуя салат, который больше смахивал на пучок зелени, политый маслом.
Петя выдохнул и задумался. Прожевав, Миля сказала:
– Давай выдумаем какой-нибудь кружок раз в неделю.
– Он проверит.
– Да как он проверит? Обзвонит всех учителей?
– Нет. Всех он не обзвонит, – пробормотал Петя, снова глядя в пространство перед собой. – Но нам все и не нужны. Нам нужен только один учитель. Точнее, только одна. – Петя сфокусировал взгляд на рыжих волосах. – Что ж. Другого выхода у меня, похоже, нет.
Петя резко поднялся, сунул палочку в карман и, не дав себе времени передумать, быстро направился к столику напротив брокколи-дирижёра. Он шёл и думал, как бы помягче начать, чтобы сразу всё не испортить.
– Есть разговор, – выпалил он, подойдя к Ване с Викой. Отличное начало. Петя сам на себя мысленно поморщился. Отодвинул стул, сел между ними и чуть не расхохотался, увидев Викино выражение лица. К счастью, она не могла ничего ему сказать, поскольку рот её был набит спагетти. Петя воспользовался этим и быстро затараторил, обращаясь сразу к ним обоим: – Слушайте, нам нужно репетировать. Среда – по-прежнему идеальный вариант. Но мой отец почему-то верит, что из меня получится хороший юрист в его фирме, поэтому настаивает, чтобы я там пропадал после школы. Переубедить его может либо учитель, либо кто-то очень бесстрашный. Благо за этим столом сидит человек, который умело может совместить обе эти роли. – Петя повернулся к Вике: – Мне нужно, чтобы ты позвонила отцу и сказала, что я буду ходить на дополнительные по русскому. А я у Яны Сергеевны получу пару двоек для достоверности. Тогда мы сможем каждую среду собираться и репетировать на благо класса и школы!
Вика так торопилась быстрее прожевать спагетти, что чуть не подавилась.
Поборов желание засмеяться, Петя добавил:
– Пожалуйста.
Наконец всё проглотив и нарочито не спеша отпив из чашки чай, Вика направила на Певцова вилку:
– Петруша, у меня к тебе целых три вопроса. Во-первых, почему это не могло подождать до следующей перемены? Мы же едим, а ты своим скафандром портишь нам весь вид.
Петя удивлённо приподнял бровь. Под скафандром, вероятно, подразумевался его серебристо-серый костюм. Он слегка отдёрнул рукав рубашки асфальтового цвета и спокойно ответил:
– Вам не кажется, что вы немного староваты, чтобы есть здесь?
– Тебе не кажется, что ты слишком молод, чтобы быть таким занудой? Ладно, давай перейдём ко второму вопросу. А он такой: ты что, смеёшься? Ты хочешь, чтобы я добровольно оставалась каждую среду в школе до позднего вечера? Почему ты не можешь попросить любого из парней притвориться биологом?
– Это не сработает. Второй учитель будет ему звонить и оставлять после уроков? Слишком палевно, отец что-то заподозрит. А вы с ним уже почти друзья, – добавил он, приложив усилия, чтобы это не прозвучало ядовито.
Вика собиралась ещё что-то сказать, но Петя покачал головой:
– Ты израсходовала весь лимит вопросов.
– Тогда у меня тоже один есть.
Петя медленно перевёл взгляд на Низовцева.
