Герцог Пшёнский, однако, был иного мнения о своих дочерях. В эту ночь его мысли работали только в одном направлении: он уже видел себя тестем короля.
Герцог огромными шагами мерил комнату, изредка поглядывая на жену. Герцогиня Пшёнская неторопливо раскладывала пасьянс за маленьким столиком. Герцога мучила одна мысль – кому из дочерей оказать честь сделаться королевой. Несколько раз он пытался посоветоваться с женой, но ничего, кроме глупого кудахтанья, добиться не смог. Герцогиня терялась и начинала плакать, как только муж повышал голос. Герцог ещё раз взглянул на жену и направился в комнату своих дочерей.
Для всех трёх сестёр не было секретом, что их отец стремится сделать одну из них невестой короля, поэтому в опочивальне юных герцогинь шел яростный спор, кто более достоин носить корону. Самая младшая – Цыпочка, сидя на своей кровати, вовсю потешалась над старшей сестрой Кики, которая всё ещё не могла оторваться от ужина.
– Такую обжору как ты, – хохотала Цыпочка, – не сможет прокормить и целое королевство, а на торжественных приёмах корона с твоей головы будет падать прямо в тарелку. Весёленькое тебя ждет царствование!
– Замолчи, Цыпочка! – в благородном гневе вскричала пышнотелая Кики. – Иначе я запущу в тебя пирожным!
– Ах, Кики, – важно прогнусавила средняя сестра Коко, – ты действительно много ешь. Королеве просто необходимо иметь тонкую талию.
Коко с удовольствием оглядела в зеркале свою худощавую фигуру и тощую шею.
– Вот дела! – воскликнула Цыпочка. – Ты-то точно не скажешь, что королева должна иметь ещё кое-что под короной в голове. Бедняжка, тебе этого всегда недоставало.
– Ах ты, мерзавка! – взвизгнула Коко и запустила в сестру подушкой.
Цыпочка тоже в долгу не осталась и перья, как снежная метель закружились в воздухе. Одна из подушек угодила прямо в голову Кики и сбила набок её шёлковый чепец. Вконец рассвирипев, она схватила кусок торта и, что есть силы, швырнула его в Цыпочку, стоящую у двери, но юркая малышка успела пригнуться, а предназначавшаяся ей кремовая роза, угодила прямо в кружевное жабо вошедшего герцога Пшёнского.
– Так вот чем занимаются мои дочери! – взревел оскорблённый отец, тщетно пытаясь оттереть пятно батистовым платком. – Вместо того, чтобы позаботиться о своем внешнем виде, ведь каждая из вас, – герцог многозначительно поднял вверх указательный палец, – может стать королевой, вы ведёте себя как кухарки!
Герцог ещё раз брезгливо взглянул на свое жабо и повысил голос:
– К чему ломать себе голову? Мои дочери всё равно никогда не оценят моих усилий. Уж лучше оставайтесь старыми девами, как три ваши двоюродные тётушки: маркиза де Клуш, маркиза де Мокруш и маркиза де Несуни.
– Маркиза де Несуни – вдова, папочка, – с притворной робостью возразила Цыпочка.
– Но она мало чем отличается от своих подруг – такая же сплетница и кокетка. Наверняка сейчас болтает о причёсках и платьях.
Герцог не ошибся. Главной темой разговора трёх тётушек в эту ночь были наряды и украшения к предстоящему празднику.
Маркиза де Мокруш уныло смотрела в зеркало пока маркиза де Несуни, непрерывно болтая, носилась вокруг, набрасывая ей на плечи поочередно различные куски материи.
– Ах, вам, пожалуй, пойдёт этот алый бархат! – в восторге воскликнула она.
Маркиза де Мокруш вопросительно уставилась на маркизу де Клуш, маячившую за её креслом.
– Что вы, кузина! – вскричала та. – Алый цвет означает «любовь».
– Полноте, кузина, – всплеснула ручками де Несуни, – никто сейчас не обращает внимания на эти тонкости. А что вы предлагаете?
– Я бы посоветовала вам, дорогая, – важно сказала маркиза де Клуш, – темно-зелёный атлас. Этот цвет означает «верность». Я сама буду в темно-зелёном и вам, кузина, – обратилась она к маркизе де Несуни, – тоже советую.
Маркиза де Несуни насмешливо поморщила носик:
– Благодарю вас, кузина, мне уже шьют платье из голубого шёлка.
– Это очень разумно с вашей стороны, – одобрительно закивала головой маркиза де Клуш. – Голубой означает «постоянство».
– Ах, я совсем об этом не думала, – раздражённо воскликнула маркиза де Несуни. – Просто мне идёт голубой цвет. Ну, а вы, кузина, что выбираете вы? – обратилась она к маркизе де Мокруш, всё так же сидевшей у зеркала.
– Я, пожалуй, последую совету маркизы де Клуш, – промямлила та.
– Как хотите! – обиженно сказала маркиза де Несуни и уже собралась уходить.
– Постойте, кузина, куда же вы, – огорчённо воскликнула маркиза де Клуш, – вы ведь ещё не рассказали нам, кого герцог Соколянский прочит в невесты королю.
– Ах, откуда я могу знать, – капризно передёрнула плечиками маркиза де Несуни. Она всё ещё была обижена.
– Но, дорогая кузина, – нежно заворковала маркиза де Клуш, – вы ведь всегда знаете больше других, даже больше короля – нашего двоюродного племянника. Мы всегда удивляемся вашей осведомлённости и проницательности. С вашим умом и энергией вам нужно было быть первым министром королевства.
Лесть сделала своё дело. Маркиза де Несуни поглядела на двух кузин в одинаковых рыжих париках и тёмно-коричневых платьях, улыбнулась и села в
