— Я имел честь познакомиться с майором во время недавней войны,
— Дружеские, говорите? Иными словами, ваши отношения были явно не из тех, что обычно устанавливаются между тюремщиком и его узником. Мне кажется, майор Линь крайне вам признателен. Должно быть, вы были к нему очень добры. И в вашей, и в моей культуре мы уважаем обязательства, которые на нас накладывает дружба. Мы так же считаем позором потерпеть поражение в битве и презираем тех, кто позволил взять себя в плен. Здесь можно усмотреть некое противоречие, и я крайне рад, что вам с майором Линем удалось его разрешить, установив между собой присущие воинам дружеские отношения.
— Ma На Сы-сяньшэн в своих письмах не раз упоминал о вашей проницательности. Знакомство с вами — большая честь, — улыбнулся Таро.
— Уверен, полковник, что майор Линь с нетерпением ждет встречи с вами. Насколько я понял с его слов, вы были с ним очень близки?
— Вы очень добры, ваше высокопревосходительство, — промолвил Таро. — Вы абсолютно правы — мы были очень дружны. Позвольте осведомиться, а где майор Линь?
— Снаружи. Стреляет по крестьянам, которых напугало прибытие вашего поезда. Не сомневаюсь, он скоро вернется, — мандарин взял еще один бутерброд. — Добро пожаловать в Шишань, полковник. Ma На Сы поведал мне о ваших планах поохотиться в здешних местах. Он обсудил их с майором Линем, который после обо всем мне доложил. Я крайне заинтересован, чтобы ваша охота увенчалась успехом и вы получили бы то, зачем сюда приехали. Как вы понимаете, в связи с положением, которое я занимаю, к сожалению, я не смогу присоединиться к вам, однако я с нетерпением, большим нетерпением, жду того момента, когда наконец смогу увидеть ваши охотничьи трофеи.
— Благодарю ваше высокопревосходительство за помощь и поддержку. Желаю поставить вас в известность, что известил нашего посла о своем намерении поохотиться здесь и о целях, ради которых сюда приехал. Он от всей души пожелал мне удачи и оказал мне честь, дав крайне полезные советы и указав, какие именно трофеи он был бы рад видеть. Конечно же, он, как и вы,
— Мне крайне приятно, полковник, что мы сразу поняли друг друга. Если в ходе вашего пребывания здесь вам потребуется моя помощь, дайте мне знать через майора Линя. Я уверен, он позаботится о том, чтобы вы ни в чем не нуждались. Ведь он же ваш близкий друг; кому, как не ему, знать о ваших вкусах и предпочтениях. А вот, собственно, и он, полковник. Румяный после побед. Не смею больше оттягивать момент вашей встречи после столь долгой разлуки.
Майор Линь вошел в шатер вслед за доктором и его помощниками, помогавшими раненым, и сначала не заметил Таро. В некоторой растерянности он стянул с себя перчатки, скинул шинель с подбоем и встал возле печки погреть руки. Когда улыбающийся Таро легонько похлопал его по плечу, майор Линь вздрогнул и, недовольно нахмурив брови, повернулся, желая видеть человека, осмелившегося его побеспокоить. Глянув на Таро, майор окоченел.
— Таро-сама, — вырвалось у него.
Мандарин и Меннерс, стоявшие на другом конце шатра, увидели, как кровь отхлынула от лица майора, а мертвенно-бледное лицо исказила гримаса ужаса.
— Старый добрый друг, — произнес Таро и обнял Линя. Дрожа как осиновый лист, майор высвободился из объятий. Тряслись кривящиеся губы, черты майора выдавали бурю эмоций, бушевавшую в его душе. Прошло несколько секунд, прежде чем лицо Линя приняло обычное холодное выражение. Щелкнув каблуками, майор низко от пояса поклонился и произнес:
— Добро пожаловать в Шишань, полковник Таро.
— Как трогательно, — промолвил мандарин. — Я и не думал, что в воинской дружбе может быть столько страсти и жара.
— Полковник Таро говорил, что они были очень близки, — улыбнулся Меннерс.
