– Между доставкой и приездом Влада оставалось каких-то два часа, примерно с шести до восьми. Не так много и довольно рискованно, чтобы убить Лику, спрятать труп и замести следы. – Марк задумчиво похрустел гренкой. – К тому же Влада встречал накрытый стол и записка. Лика, конечно, могла все приготовить заранее, но зачем убийце греть ужин? Нет, скорее всего, он пришел, когда Влад уже спал, то есть после девяти. И, дождавшись ночи, вывез труп на его машине. Кстати, на это время у многих нет никакого алиби.
Мамаев вскинул брови и спросил с набитым ртом:
– И фто теперь под подозрением?
– Ассортимент приличный, по крайней мере из тех, у кого была хоть какая-то возможность. – Марк принялся загибать пальцы: – Константин, управляющий поселком: вернулся от стоматолога как раз после девяти вечера. Тот самый сосед: в ночь ее исчезновения сидел один дома. Полина, коллега, помогавшая Сухинову выкрасть документы «Дилеммы»: якобы болела. Леонид Романов, Ликин босс: из офиса уехал в восемь, только вот отправился ли он домой или куда-то еще – неизвестно. У каждого из них могли быть гипотетические причины убить Лику. – Он помолчал, прежде чем добавить: – И еще мне не дает покоя охранник поселка, который заметил в ночи тачку Влада.
– А ему-то зачем ее убивать? Не так на него посмотрела? – Мамаев уже наполовину расправился с бургером и теперь поочередно облизывал испачканные в соусе пальцы.
– Может, банально ограбить хотел. Знал, что Влад в командировке, к тому же видел, как Лика куда-то уехала. Но потом внезапно вернулась, вот и пришлось от нее избавиться, чтобы не сдала.
– Или он просто псих? – хмыкнул Мамаев. – Услышал голоса и пошел на зов. Как говорил один знакомый психиатр, «мы все шизофреники, только в разной степени». Я с ним, кстати, согласен. – Он залпом допил остатки пива и со стуком опустил пустой стакан на стол. – Повторим?
Марк кивнул. Задумчиво глядя на следы пены, размазанные по стенкам бокала, он медленно проговорил:
– Все равно это всего лишь предположения, причем далекие от реальности. В поселке больше восьмидесяти участков – Лику мог убить кто угодно. Многих из них, конечно, опросили в рамках доследственной проверки – никто якобы не видел ничего подозрительного или вообще Лику не знал…
Марк осекся, вдруг ощутив себя мелкой букашкой, которая в одиночку собралась переплыть океан неизвестности. И что он найдет за одну неделю, оставшуюся до сдачи статьи? Единственный вариант – просить Нумеровского об отсрочке.
Вздохнув, Марк решил сменить тему:
– Ладно, разберемся. Лучше расскажи, что новенького в редакции…
Остаток вечера они провели, обсуждая материалы свежего номера, очередную пассию Мамаева и предстоящий чемпионат мира по футболу. Оба не были футбольными фанатами, однако болели за сборную и симпатизировали некоторым европейским клубам. Поэтому Мамаев еще зимой прикупил им билеты на два матча группового этапа. До первой игры оставался месяц, а приятель уже вовсю строил планы на их досуг после матчей – летние приключения в лучших питейных заведениях столицы.
Распрощались они в начале одиннадцатого, напоследок решив устроить грандиозный турнир по нардам, когда с делом Лики будет покончено.
Марк шел домой от метро и думал о Кларе. На плечи вновь опустилась тяжесть их ссоры. Сейчас, когда эмоции улеглись, пришлось признать: она была права, а он слишком увлекся поисками новых подозреваемых. Больше всего ему хотелось прижать ее к себе и поцелуями стереть печаль с ее прекрасного лица. Решено: завтра прямо с утра он отправится к Кларе и попросит прощения за то, что был таким упрямым ослом.
Вечерняя прохлада взбодрила. Придя домой, Марк сразу же открыл ноутбук и пробежался глазами по последним заметкам, чувствуя злость на себя за этот провал и напрасную потерю времени.
К черту все! Выделив фрагмент текста, Марк с каким-то особым удовольствием нажал на Delete – и история Анатолия Сухинова отправилась в корзину. Затем достал из холодильника банку пива и, надев наушники, врубил забористый дэт-метал – лучший допинг, чтобы встряхнуть мозги.
Постукивая пальцами по столу в такт раскатистым аккордам, он раздумывал, с чего начать. Направлений было два: реальное убийство или его инсценировка. На этот раз следовало отработать оба варианта.
Марк притащил из комнаты поцарапанную маркерную доску. Водрузив ее на стул, размашистым движением отделил половину вертикальной чертой и в левой части написал неровным угловатым почерком: «
В наушниках громыхали Death. Утробные басы отдавали в ребра, от безудержного темпа и рычащего вокала Чака Шульдинера кровь бурлила энергией, а в голове прояснялось.
Итак, если Лика сбежала, то как? Возможно, поймала попутку. Или же кто-то отвез ее на «Лексусе», причем не в тот дешевый отель, который она выбрала для отвода глаз и куда ездила накануне, а в другое, тайное место, и затем вернул машину обратно. Тот же, кто помог ей наследить в кухне.
