- Под всем небом всё моё! Кто подойдет к двойным челюстям его? Кто может отворить двери лица его? Круг зубов его - ужас! Ужас! Крепкие щиты его - великолепие! Один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними, один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются!
Соотечественник, блин. Почему из всех туристов за рубежом меня больше всего раздражают русские? Даже вот сейчас, в такой ситуации - хоть картину с него маслом пиши. Я поморщился.
- Уважаемый! - сказал я громко, - не надо так кричать.
Он посмотрел на меня бледными, навыкате, глазами, потом снова перевел взгляд к безоблачному небу.
- От его чихания показывается свет, глаза у него как ресницы зари, из пасти его выходят пламенники, из ноздрей его выходит дым! На шее его обитает сила, и перед ним бежит ужас. И имя ему - Левиафан!
Я вздрогнул и поднялся.
- Пойдем, - сказал я и протянул Лене руку, - пойдем отсюда.
- Да, - согласилась Лена, - пойдем.
Мы обошли продолжающего вещать что-то толстяка, и пошли к пирсу. Там было какое-то подобие порядка - стояло несколько машин полиции и скорой помощи, у большого крытого грузовика толпилась кучка полуголых людей, и кто-то что-то вещал в громкоговоритель. Я огляделся и тоже пошел к этому грузовику - просто других вариантов не было. Вблизи оказалось, что выбор я сделал правильный - там несколько молчаливых людей уже ставили что-то типа большой палатки и, усилиями непривычно легко одетых полицейских, была организована живая очередь. Двигалась очередь довольно быстро и уже минут через десять мы оказались перед хмурым типом в серой рубашке и брюках. Он окинул нас недовольным взглядом и спросил:
- Where are you from?
- Russia, - сказал я и сунул ему под нос приготовленные заранее билеты, паспорта и ваучер отеля. Увидев эту пачку документов, мужчина оживился, повеселел и подозвал стоявшего неподалеку полицейского. Что-то коротко ему сказал, потом вернул мне документы и махнул рукой - проваливайте, мол. Я шагнул в сторону, посмотрел на смуглокожего полисмена и еще раз подивился, насколько непривычно смотрятся кобура и форменная фуражка на фоне безрукавки и шортов. Полицейский улыбнулся, ткнул в большую бляху на груди и что-то спросил.
- Я не понимаю, - ответил я, - don`t understand.
Он нахмурился, ткнул пальцем вверх, потом, что-то лопоча, пошел в сторону, жестами предлагая следовать за ним. Мы с Леной переглянулись и пошли следом.
Вел он нас, как выяснилось, в холл какого-то отеля. Холл был битком набит растерянными людьми. По углам зала висели телевизоры, под ними, задрав головы, молча стояли зрители. Большая толпа осаждала ресепшн, а часть народа просто расположилась табором на полу, сидя на чемоданах и сумках.
- Информасьён! - заявил мне полицейский, ткнув пальцем в толпу у ресепшена, - гоу, гоу! Информасьён!
- А! - Сказал я, - понял. Ай маст гоу вере? Фор информейшн?
- Йес! - засиял полицейский, - уи! Си!
И, продемонстрировав столь богатое знание иностранных языков, взял под козырек и немедленно растворился. Я вздохнул, отвел Лену к ближайшему столбу, сказал, - 'Стой здесь', - и ввинтился в толпу.
Выбрался я оттуда только часа через полтора, помятый и уставший. Лена с очень грустным видом стояла там же где, я её оставил. При взгляде на неё у меня стало очень нехорошо на душе. Если б она знала, кто это всё устроил... да уж, похоже, я ничего ей не расскажу и после возвращения.
- Как дела? - нарочито весёлым голосом поинтересовался я, подходя к ней. Лена посмотрела на меня, и устало улыбнулась.
- Теперь уже лучше. Узнал что-нибудь?
- Да, - я вздохнул, - как ни банально, но у нас две новости. Первая - они понятия не имеют, когда мы сможем улететь обратно. Потому что все улетающие рейсы во всех направлениях забиты наглухо на три дня вперед. Наверняка будут дополнительные рейсы, но когда и куда - пока неизвестно. Нужно идти в аэропорт и ждать там.
- Это была хорошая новость или плохая?
- В смысле? - не понял я.
Лена улыбнулась.
- Для полной банальности одна новость должны быть плохой, а одна - хорошей. Вот я и спрашиваю - хорошая это была новость или плохая?
Я почесал затылок.
- Даже не знаю. Наверное, всё-таки плохая. А вторая новость, - я покрутил головой в поисках каких-нибудь часов, - вторая новость в том, что через пятьдесят минут мы можем поплыть на свой атолл и спокойно прожить там всё положенное время. И вообще, они очень просят нас так и сделать. Насколько я понял их английский, они утверждают, что уже имеют договоренность с большинством отелей и остающимся будут всякие бонусы. Вот так.
- А если он возле нашего отеля всплывёт? - грустно спросила Лена.
Я бодро улыбнулся.
- Да с чего? Его до этого дня тысячи лет никто не видел, так может и еще пару тысяч никто не увидит? Океан большой.
- Для него - не такой уж и большой. Может, все-таки домой?
Я вздохнул.
- И что - неделю в аэропорту жить? А если это чудо-юдо опять здесь объявится? И начнет бултыхаться? Ты ж этот остров видела в иллюминаторе - его смоет нафиг! Поехали в отель, Лен. Обещаю, он там не появится.
Лена слабо улыбнулась. Наверное, она подумала, что я шучу.
