– Ну, будет, будет, – бормотала я, бросая в ответ на Джейми взгляд через худое, как спичка, плечо мистера Уэмисса, в котором читалось «и что теперь?». – Я уверена, все будет хорошо.
– Ох, нет, – проговорил он, икая. – Ох, нет, не будет. – Он повернул искаженное горем лицо к Джейми. – Я этого не вынесу, сэр, правда, не вынесу!
Он дрожал под моей рукой, и его кости казались тонкими и хрупкими. Одет он был лишь в тонкую рубашку и штаны, а ветер уже начал задувать между скал. Тучи сгустились у нас над головами, и свет внезапно исчез из маленькой лощины, словно кто-то опустил светонепроницаемую штору.
Джейми расстегнул свой плащ и достаточно неуклюже обернул его вокруг мистера Уэмисса, а затем сам осторожно опустился на другой валун.
– Расскажи, в чем дело, Джозеф, – довольно мягко сказал он. – Разве кто-нибудь умер?
Мистер Уэмисс уронил лицо в ладони и качал головой из стороны в сторону, словно метроном. Он бормотал что-то, что я расшифровала как «лучше бы она умерла».
– Лиззи? – спросила я, бросая недоуменный взгляд на Джейми. – Ты имеешь в виду Лиззи? – Она выглядела совершенно нормально за завтраком, что, черт возьми…
– Сначала Манфред Макгилливрей, – отняв руки от лица, проговорил мистер Уэмисс, – затем Хиггинс. Будто выродка и убийцы было мало – теперь это!
Брови Джейми подпрыгнули вверх, и он посмотрел на меня. Я слегка пожала плечами. Гравий хищно впивался в мои коленки, я с трудом поднялась и отряхнулась.
– Ты хочешь сказать, что Лиззи… эээ… влюбилась в кого-то… неподходящего? – осторожно уточнила я.
Мистер Уэмисс содрогнулся.
– Неподходящего, – глухо повторил он. – Господи Иисусе. Неподходящего!
Я никогда прежде не слышала, чтоб мистер Уэмисс упоминал Господа всуе, это был тревожный знак.
Он посмотрел на меня сумасшедшими глазами, словно обезумевший воробей, спрятавшийся в глубине плаща Джейми.
– Я все бросил ради нее! – сказал он. – Я продал себя – с радостью! – чтобы спасти ее от бесчестья. Я покинул дом, оставил Шотландию, зная, что никогда ее больше не увижу, что мои кости похоронят в чужой земле. И ведь я ни словом ее не попрекнул, мою дорогую малышку, как это могло быть ее виной? А сейчас… – Он повернулся к Джейми, глядя на него пустым, загнанным взглядом.
– Боже мой, Боже мой. Что же мне делать? – шептал он. Порыв ветра налетел на скалы и, подхватив полы плаща, захлестнул Джозефа, скрыв его в серой пелене, как если бы его муки поглотили его с головой.
Я крепко придерживала собственный плащ, чтобы он с меня не слетел – ветер был таким сильным, что почти сбивал меня с ног. Джейми щурился, защищаясь от крупинок пыли и гравия, которые налетели на нас, и сжимая зубы от дискомфорта. Мелко дрожа, он обхватил себя руками.
– Значит, девушка беременна, Джозеф? – сказал он, очевидно желая побыстрее добраться до сути и отправиться домой.
Голова мистера Уэмисса высунулась из складок плаща, светлые волосы были взлохмачены, как веник. Он кивнул, часто хлопая покрасневшими глазами, потом извлек кувшин и, подняв его трясущимися руками, сделал несколько глотков. Я заметила отметку на кувшине – один «Х»: со свойственной ему скромностью, Джозеф взял кувшин свежего виски из новой партии, а не выдержанного в бочке, более высокого качества.
Джейми вздохнул, протянул руку и, забрав у него кувшин, сам сделал большой глоток.
– Кто? – спросил он, протягивая его обратно. – Мой племянник?
Мистер Уэмисс, по-совиному выпучив глаза, уставился на него.
– Племянник?
– Йен Мюррей, – услужливо подсказала я. – Высокий парень с каштановыми волосами? Татуировки на лице?
Джейми бросил на меня еще один красноречивый взгляд, подразумевающий, что, возможно, я не настолько полезна, как мне кажется, но мистер Уэмисс по-прежнему казался озадаченным.
– Йен Мюррей? – Имя, казалось, начало проникать сквозь алкогольный дурман. – Ох. Нет. Господи, если бы так! Я бы благословил парня, – пылко признался он.
Мы еще раз переглянулись с Джейми. Дело принимало серьезный оборот.
– Джозеф, – произнес Джейми с ноткой угрозы в голосе. – Холодно. – Он тыльной стороной руки утер нос. – Кто совратил твою дочь? Назови мне имя, и наутро он либо станет ее мужем, либо будет мертвым лежать у ее ног, как тебе больше нравится. Но давай это сделаем в доме у огня, ай?
– Бердсли, – произнес мистер Уэмисс с видом полной безысходности.
– Бердсли? – повторил Джейми. Он вопросительно взглянул на меня. Это было совсем не тем, что я ожидала, но и особого потрясения я не испытала.
– Который Бердсли это был? – относительно терпеливо спросил Джейми. – Джо? Или Кэси?
Мистер Уэмисс испустил вздох, который, казалось, поднимался от самых пяток.
– Она не знает, – уныло сказал он.
– Христос, – невольно вырвалось у Джейми. Он снова потянулся за виски и сделал несколько крупных глотков.
– Кхм, – кашлянула я и многозначительно на него посмотрела, когда он опустил кувшин. Он передал его мне без всяких комментариев и выпрямился на своем валуне, рубашка прилипла от ветра к его груди, а волосы свободно развевались позади.
– Ну хорошо, – сказал он твердо. – Мы вызовем их обоих и все выясним.
