Судя по их виду, случилось нечто серьезное. Алан Кристи раскраснелся от возбуждения, Том был мрачный и хмурый, как старый волк, Мальва выглядела заплаканной, ее щеки то бледнели, то розовели. Я поздоровалась с ней, однако девушка отвела взгляд. Джейми пригласил гостей к себе в кабинет и предложил присесть.
– В чем дело, Том?
Он мельком взглянул на Мальву, поскольку, похоже, именно она стала причиной для беспокойства родственников, но обратил свой вопрос к ее отцу, как к главе семьи.
Том Кристи так крепко сжал губы, что они почти скрылись в аккуратно стриженой бороде.
– Моя дочка ждет ребенка, – сухо бросил он.
Джейми снова посмотрел на девушку, которая стояла с опущенной головой в чепце, крепко сцепив пальцы на руках, а затем перевел растерянный взгляд на меня.
– Ну… что ж, бывает, – произнес он и добродушно улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку и успокоить напряженных членов семейства.
Новость меня не удивила, хотя, конечно, обеспокоила. Мальва всегда пользовалась успехом у противоположного пола, и, хотя отец с братом бдительно пресекали явные посягательства ее поклонников, единственно эффективный способ выявить всех ухажеров – запереть девушку в башне и подождать, пока под ней соберется толпа.
Интересно, кто же стал счастливчиком… Обадайя Хендерсон? Или Бобби? Один из братьев Макмарчи? Лишь бы не оба, упаси Господь!.. И это только те кавалеры, что не скрывали своих чувств, а ведь были еще и тайные воздыхатели.
Том Кристи встретил шутливое замечание Джейми гробовым молчанием. Алан попытался улыбнуться. Как и сестра, он был бледен.
Джейми кашлянул.
– Итак, чем могу помочь, Том?
– Она говорит, что назовет парня только в вашем присутствии, – угрюмо пробурчал Кристи, сверля дочь недобрым взглядом, а затем с неприязнью воззрился на Фрэзера.
– В моем присутствии?
Джейми вновь смущенно кашлянул, догадываясь об истинной причине такого пожелания: Мальва опасалась, что брат с отцом поколотят либо ее саму, либо любовника, а присутствие лендлорда поумерит их пыл. Такой страх показался мне обоснованным, и я повнимательнее пригляделась к Тому Кристи. А что, если он уже попытался выбить из дочери правду, но безуспешно?
Несмотря на присутствие Джейми, Мальва пока не проявляла намерения объявить отца своего ребенка. Не поднимая глаз, она беспрестанно теребила передник.
Я спросила:
– Какой… кхм… какой у тебя срок, милая?
Дрожащими руками она разгладила фартук, и под тканью обозначился округлившийся живот – гладкий, как арбуз, и уже довольно большой: шесть месяцев или около того. Я оцепенела. Девушка, очевидно, тянула до последнего и рассказала отцу о беременности, лишь когда сей факт стало невозможно скрывать.
Повисла неловкая пауза. Алан заерзал на стуле и утешительно зашептал:
– Все будет хорошо, Мэлли. Говори же, не тяни.
Она судорожно вздохнула и подняла голову. Ее покрасневшие глаза были по-прежнему прекрасны, но полны тревоги.
– О, сэр… – проговорила она и замолчала.
Эта сцена стала тяготить Джейми не меньше, чем гостей, однако он старался не терять дружелюбия и произнес как можно мягче:
– А мне расскажешь, девица? Тебя никто не тронет, обещаю.
Том Кристи раздраженно рыкнул, словно хищник, защищающий свою добычу от посягательств. Бледная Мальва не сводила глаз с Джейми.
– О, сэр…
В ее тихом, но звенящем, как колокольчик, голоске звучал упрек.
– О, сэр, зачем говорите такие слова, если сами прекрасно знаете правду?
Прежде чем кто-то успел опомниться, она повернулась к отцу, подняла руку и указала прямо на Джейми.
– Это он!
Хвала небесам, что, когда прозвучали эти слова, я смотрела на мужа. У него не было возможности подготовиться и проконтролировать свою мимику. Он, собственно, даже не пытался. Его лицо не выражало ни гнева, ни страха, отрицания или удивления. Лишь ошалелая оторопь и полное непонимание.
– Что? – спросил он и моргнул.
Наконец до него дошел смысл сказанного.
– ЧТО? – рявкнул Джейми во весь голос.
Удивительно, что звуковая волна не опрокинула маленькую потаскушку на ее лживую задницу.
Девушка заморгала и потупила глазки, олицетворяя собой стыдливую невинность. Изобразив, что не в силах вынести тяжелый взгляд Джейми, она отвернулась от него и протянула ко мне дрожащую руку.
– Мне жаль, миссис Фрэзер, – прошептала она, и на ее ресницах заблестели горестные слезы. – Он… мы… мы не хотели причинить вам боль…
Словно со стороны я с интересом наблюдала, как моя рука поднялась в воздух, размахнулась и, принеся чувство странного удовлетворения, отвесила Мальве такую смачную пощечину, что девушка отшатнулась, запнулась о стул и свалилась на пол. Хлопковые юбки задрались до самой талии, а ноги в шерстяных чулках нелепо взметнулись вверх.
– Боюсь, не могу похвастать тем же.
Слова сорвались с моих губ сами собой, выскочили одно за одним, как крепкие звонкие камешки.
