Некоторое время они завтракали молча, стуча вилками по деревянным плошкам, погрузившись в свои мысли. Джем сегодня ночевал в Большом Доме. В связи с замужеством Лиззи Роджер предложил, чтобы ее работу по дому выполняла Эми Маккаллум. Она с сыном перебралась к Фрэзерам, а тоскующий по Герману Джем стал пропадать у них целыми днями, находя утешение в обществе Эйдана.
– Это ложь, – упрямо повторила Брианна. – Па просто не смог бы…
Тут Роджер заметил, как в ее глазах промелькнуло легкое сомнение, призрачная тень паники от одной только мысли, что Мальва сказала правду.
– Конечно, ложь, – уверенно сказал он. – Брианна, ты же не думаешь, что в этом есть хоть капля правды?
– Нет, что за вздор!
Она ответила слишком горячо, слишком поспешно. Он отложил вилку и пристально посмотрел на жену.
– В чем дело? Тебе что-то известно?
– Нет.
Она поддела кончиком вилки последний кусочек оладьи и съела. Роджер скептически хмыкнул, а она нахмурилась – на тарелке осталась вязкая лужица сиропа: это ж надо, никогда ей не удавалось рассчитать достаточное количество меда или варенья! Муж все-таки более аккуратный, неизменно доедал дочиста.
– Мне ничего не известно, – сказала она, закусила нижнюю губу и обмакнула кончик пальца в сироп. – Только…
– Что?
– Па бы не смог.
Брианна засунула палец в рот и облизала сироп.
– А вот насчет папы не уверена. Просто… вспоминая вещи, которым тогда не придавала значения, я лишь сейчас…
Прикрыв веки, она замолчала, потом открыла глаза и посмотрела на Роджера.
– Как-то попался мне в руки его кошелек. Я не шпионила, просто баловалась. Так вот, между долларовыми банкнотами была спрятана записка. Приглашение на встречу…
– Ничего криминального.
– Она начиналась со слова «Дорогой»… И почерк был не мамин.
– О… – протянул Роджер и спросил после паузы. – Сколько тебе было?
– Одиннадцать.
Брианна рисовала пальцем по тарелке.
– Я засунула записку обратно, выбросила этот эпизод из головы и не вспоминала до сегодняшнего дня. Вообще, между ними… случались и другие странные моменты, которые я замечала, но не могла понять или объяснить. Просто чувствовала.
Она умолкла, глубоко вздохнула и вытерла палец о салфетку.
– Бри, Джейми человек чести и очень любит твою маму.
– В том-то все и дело, – мягко ответила она. – Я была уверена, что отец тоже.
Мысль о том, что история Мальвы могла быть правдивой, неотвязно преследовала Роджера и досаждала, словно камушек в ботинке. Джейми Фрэзер, благородный человек, боготворивший свою жену, тяжело переживал ее болезнь и погрузился в пучину тоски и уныния. Его душевное состояние, помнится, тревожило Роджера не меньше, чем хворь Клэр: Джейми тогда осунулся, глаза ввалились, а черты лица заострились, потому что в той бесконечной череде безрадостных дней, омраченных угрозой близкой смерти, он не ел и не спал, держась лишь усилием воли.
Роджер пытался заводить с ним душеспасительные беседы о Боге и вечности, хотел примирить с неизбежным, однако натыкался на яростное сопротивление Фрэзера, не допускавшего даже мысли, что Господь может забрать его жену. А потом в болезни Клэр наступил кризис, и Джейми совсем отчаялся. Поэтому вполне допустимо, что предложение Мальвы утешить горе теплым прикосновением могло зайти дальше, чем рассчитывали обе стороны.
Но сейчас, в начале мая, девушка была на шестом месяце. Значит, забеременела она в ноябре. А состояние Клэр резко улучшилось в конце сентября: Роджер отлично запомнил запах, доносившийся с выжженных полей, когда она очнулась в своей спальне, открыв огромные глаза, сияющие на прекрасном ангельском личике.
Точно! Все встало на свои места. Не было у них близости и быть не могло. Идеальных людей не бывает, это ясно, каждый может оступиться. Но лишь раз. И не Джейми Фрэзер. Мальва Кристи лжет.
Успокоившись, Роджер направился вдоль ручья к хижине Кристи.
Брианна в отчаянии спрашивала его, чем он может помочь… Что ж, вариантов чертовски мало, но надо попробовать. Сегодня пятница, а в воскресенье следует прочитать на службе красноречивую проповедь о порочности сплетен. Хотя, насколько Роджер знал человеческую природу, нравоучительный эффект от подобных наставлений редко бывает продолжительным.
Кроме того, вечером в среду состоялось заседание ложи. Прошло оно хорошо, и ставить под угрозу зародившийся хрупкий союз было страшно, но… если все-таки рискнуть, вдруг поможет… взять да и пригласить Джейми и обоих Кристи на собрание? Тогда вопрос будет решаться открыто, ведь каким бы скверным ни был повод, публичное обсуждение куда лучше тихого злословия за спиной. Роджер полагал, что Том Кристи, несмотря на щекотливость ситуации, будет вести себя в рамках приличий, а вот насчет Алана были большие сомнения. Сын унаследовал от отца черты лица и категоричность, однако ему не хватало железной воли и самообладания Тома.
А вот и хижина, похоже, пустая. Роджер услышал звук топора и пошел на задний двор.
Оказалось, что дрова рубила Мальва. Он окликнул ее, и та встревоженно обернулась. Под ее глазами были мешки, а привычный румянец потускнел. Роджер тепло поздоровался.
