Наконец на берег послали две шлюпки с приказом выведать все, что можно. Посланцы вернулись несколько часов спустя: Коллет покинул форт перед лицом угрозы, но постарался забрать все орудия и порох, чтобы те не попали в руки повстанцев. Нет, сэр, они не разговаривали с полковником Коллетом лично; по слухам, тот отправился вверх по реке со своей милицией. Двоих послали на разведку в сторону Уилмингтона; действительно, за городом собираются крупные силы под предводительством полковника Роберта Хоуи и Джона Эша, однако их планы пока неясны.
– «Неясны», черт подери! – пробормотал губернатор, выслушав церемонный отчет капитана Фолларда. – Они хотят сжечь форт, чего ж тут неясного!
Перед закатом по воде распространился запах дыма, а «муравьи» бегали туда-сюда, раскладывая легковоспламеняющийся хлам у основания форта. Обычное прямоугольное здание из бревен – рано или поздно загорится, несмотря на сырой воздух.
Впрочем, за отсутствием пороха и других горючих материалов времени потребовалось порядочно. В наступившей темноте хорошо было видно, как люди передают друг другу факелы, снова и снова поджигая затухающие костры.
Около девяти вечера кто-то нашел бочки со скипидаром, и пламя взметнулось вверх, вцепившись в бревна смертельной хваткой. Багряные, оранжевые волны вздымались друг за другом, отчетливо яркие на фоне ночного неба; вместе с запахом дыма и вонью скипидара к нам доносило отголоски ликования и обрывки непристойных песен.
– Зато комаров отпугивает, – заметила я, разгоняя облачко беловатого дыма.
– Благодарю вас, миссис Фрэзер, – с горечью отозвался губернатор, сжимая кулаки. – Мне как-то не приходило в голову рассматривать дело в таком позитивном ключе.
Я уловила намек и больше не высовывалась. Лично у меня столб дыма и языки пламени, поднимающиеся к небу, вызывали скорее радость, и вовсе не из-за повстанцев – там, у костра, мог быть Джейми.
А если он и вправду там…
Значит, завтра придет за мной.
И пришел. К рассвету я уже проснулась – да в общем-то, и не засыпала толком – и стояла у планшира. К горьковатому запаху пепла примешивался болотистый привкус, море казалось масляным на вид. Занимался серый пасмурный день, над водой висел густой туман, скрывая берег.
Однако я продолжала наблюдать, и когда из тумана вынырнула крошечная лодка, я сразу поняла, что это Джейми. Он был один.
Я любовалась плавным движением рук на веслах и вдруг ощутила прилив чистого, безмятежного счастья. Я понятия не имела, что будет дальше; ужас, связанный со смертью Мальвы, еще маячил на заднем плане сознания – огромная мрачная глыба под тоненьким слоем льда…
И все-таки он приехал. Мне даже удалось разглядеть его лицо, когда он обернулся.
Я помахала рукой. Он заметил меня, но не перестал грести. Я вцепилась в перила, выжидая.
Лодка исчезла из вида. Послышался оклик вахтенного, еле различимый ответ, и при звуке родного голоса тугой, болезненный узел внутри наконец-то расправился. Я застыла как вкопанная, не в силах пошевелиться. Послышались шаги, приглушенные голоса – кто-то пошел за губернатором… Я повернулась и угодила прямо в объятия Джейми.
– Я знала, что ты придешь, – прошептала я в рубашку. Он весь пропах дымом, хвоей, жженой тряпкой, скипидаром, давнишним потом и лошадьми, усталостью, бессонницей, долгим голодом…
Джейми крепко прижал меня к себе, буквально вдавил в ребра, затем отстранил немного и принялся жадно разглядывать. С его лица не сходила улыбка, глаза сияли. Он молча стащил с меня чепец и бросил за борт, запустил руки в мои волосы и взъерошил. Трехдневная щетина царапала кожу, словно наждак, но губы дарили ощущение дома и безопасности.
Где-то сзади раздался деликатный кашель.
– Сэр, вы, кажется, хотели видеть губернатора?
Джейми медленно отпустил меня и обернулся.
– Да, хотел. – Он протянул мне руку. – Пойдем, саксоночка.
Мы последовали за солдатом. Глянув за борт, я заметила свой чепец, покачивающийся на волнах, безмятежный, словно медуза.
Однако внизу иллюзия безмятежности исчезла.
Губернатор тоже не спал и выглядел не лучше Джейми, хоть и не был измазан в саже, зато небрит, с налитыми кровью глазами и в отвратительном настроении.
– Мистер Фрэзер, – кивнул он. – Насколько я понимаю, вы – Джеймс Фрэзер и живете в горах?
– Да, в Ридже, – вежливо ответил Джейми. – И я пришел за своей женой.
– Вот как! – Губернатор бросил на него кислый взгляд и равнодушно указал на стул. – К сожалению, сэр, должен вас уведомить, что ваша жена является пленницей Короны. Впрочем, наверное, вам это уже известно?
Джейми проигнорировал сарказм и сел.
– Вообще-то, не является. Насколько мне помнится, вы объявили в Северной Каролине военное положение, не так ли?
– Так, – коротко отозвался Мартин. Для него это был довольно неприятный момент: хоть он и ввел в колонии законы военного времени, однако фактически не мог приводить их в исполнение, бессильно болтаясь в море и дожидаясь подкрепления из Англии.
