– Почему это? – спросила я уязвленно и расстроенно. Воспоминания о том, как он отправил меня домой через камни накануне Каллодена, были не из тех, к которым мне хотелось возвращаться, а он вдруг как ни в чем не бывало открыл эту наглухо запечатанную дверь. – Я останусь с Роджером и Бри. Джем, Марсали и Фергус, Герман, Анри-Кристиан и девочки – все они здесь. К кому, в конце концов, мне возвращаться?
Он извлек камень из платка, поворачивая его в пальцах, и задумчиво посмотрел на меня, как будто размышляя, стоит ли делиться со мной чем-то. Я ощутила, как короткие волоски на затылке встали дыбом.
– Я не знаю, – наконец сказал он, покачав головой. – Но я видел тебя там.
Мурашки побежали вниз по моей спине и рукам.
– Видел меня где?
– Там. – Он неопределенно махнул рукой. – Это было во сне. Я не знаю, где именно ты была, знаю только, что это было в твоем времени.
– Откуда ты это знаешь? – требовательно спросила я; неприятное беспокойство разлилось по всему телу. – Что я делала?
Он сдвинул брови, пытаясь припомнить детали.
– Точно не знаю, – сказал он медленно. – Но свет был из того времени. – Его лицо внезапно разгладилось. – Точно! Ты сидела за столом и что-то держала в руках. Может, писала что-то. И вокруг тебя был свет, он освещал твое лицо, сиял в волосах. Но это был не свет от свечи и не солнечный свет. И я помню, как, глядя на тебя, подумал: «Так вот, значит, как выглядит электрический свет!»
Я смотрела на него, открыв рот.
– Как можно во сне узнать что-то, чего ты никогда не видел в реальной жизни?
Мой вопрос показался ему забавным.
– Мне все время снятся вещи, которых я никогда не видел, а с тобой разве не так, саксоночка?
– Ну, – протянула я неуверенно, – да. Иногда. Монстры, странные растения и всякое такое. Странные пейзажи. Люди, которых я не знаю. Но это ведь другое? Не то же самое, что увидеть нечто, о чем знаешь, но с чем никогда не сталкивался.
– Ну, электрический свет, который я увидел, может серьезно отличаться от реального электрического света, – признал он. – Но это то, что я себе сказал, когда увидел его. И я был уверен, что все происходило в твоем времени. В конце концов, мне ведь снится прошлое, почему бы мне не увидеть сны о будущем? – добавил он еще один аргумент.
Ответить на эту кельтскую по духу ремарку мне было нечего.
– Может быть, – сказала я. – Сколько лет мне было в твоем сне?
Вопрос застал его врасплох – он нерешительно помолчал и пристально посмотрел мне в лицо, как будто пытаясь сравнить его с какой-то внутренней картинкой.
– Ну… Я не уверен, – ответил он, в голосе его в первый раз появилось сомнение. – Я об этом не думал. Я не заметил, чтобы у тебя были седые волосы или что-нибудь вроде этого… Это была просто… ты… – Он растерянно пожал плечами и посмотрел на маленький камень у меня в руках.
– Он теплый у тебя в руках, саксоночка? – спросил он с любопытством.
– Конечно, теплый, – сказала я довольно резко. – Ты только что вытащил его из горячего воска, ради всего святого.
На самом деле, я ощущала деликатную пульсацию изумруда на ладони, теплого, как моя собственная кровь, живого, как крохотное сердце. Когда я отдала его Джейми, я почувствовала легкое и странное сопротивление, как будто камень не хотел покидать меня.
– Отдай его Макдональду, – сказала я и потерла ладонь о юбку. – Я слышала, как он разговаривает с Арчем снаружи, он захочет побыстрее уехать.
Макдональд еле добрался до Риджа под проливным дождем днем ранее, его обветренное лицо было практически фиолетовым от холода, усталости и волнительных новостей – он пришел сказать, что нашел в Нью-Берне типографию, выставленную на продажу.
– Владелец уже уехал, и не совсем по своей воле, – рассказывал он нам, сидя у огня промокший до нитки в облаках поднимающегося от одежды пара. – Его друзья хотят побыстрее продать помещение и оборудование, прежде чем его конфискуют или разрушат, чтобы обеспечить беглеца средствами в Англии.
Оказалось, что под «не совсем по своей воле» Макдональд имел в виду, что владелец был лоялистом, которого прямо с улицы похитил местный Комитет Безопасности и в добровольно-принудительном порядке посадил на корабль, отбывающий в Англию. Такая импровизированная форма депортации становилась все более популярной, и, хотя она была куда гуманней дегтя с перьями, такое путешествие значило, что издатель прибудет в Англию без гроша за душой, да еще будет должен денег за дорогу.
– Мне посчастливилось встретиться с несколькими его друзьями в одной таверне – они оплакивали его судьбу и пили за его благополучие. Тут я им и намекнул, что могу их выручить. – Майор прямо-таки раздулся от гордости. – Они все обратились в слух, когда я сказал, что вы, возможно, – лишь возможно – располагаете свободной наличностью.
– Почему вы так думаете, Дональд? – спросил Джейми, изогнув бровь.
Макдональд посмотрел на него удивленно, а потом понимающе. Он подмигнул и приложил палец к носу.
