— Все хорошо, — проворчала она, демонстративно хватая вилку и ковыряясь в остывшем овощном рагу.
— Ты плохо выглядишь. Возьми несколько выходных и сходи в медицинский блок.
— Не надо, спасибо.
Сатфорд наклонился, почти касаясь волос, и прошептал на ухо:
— Я настаиваю. Через два дня знаковое событие — годовщина первой волны, а ты выглядишь нездоровой. Сходи к медикам, я навещу тебя попозже.
— Со мной все в порядке… — прошипела она, впиваясь злобным взглядом.
— Я навещу, — перебил ректор.
Ни о каких медиках Астра и слышать не хотела. Тем более сегодня было первое практическое занятие и не просто изучение проводов в челноке, а выход в открытый космос. Как такое пропустить?
Практические занятия почти на всех факультетах — значимые события, ведь это реальные шаги в будущей профессии. Ремонтники, может, и не самая престижная специальность, зато они одни из первых выходят в открытый космос. Причем все максимально серьезно: настоящие скафандры, инструмент, страхующие однокурсники. Каждый будущий ремонтник выйдет за пределы станции, чтобы на своей шкуре испытать сложность выбранного направления.
Седой преподаватель собрал студентов у небольшого шлюза и долго объяснял предстоящую работу, стараясь донести важную информацию даже до самых тугодумных студентов.
— Большинство из вас будут иметь дело с ремонтом на поверхности планеты или внутри станций, — строго говорил учитель, — но вы все равно должны иметь навыки работы в открытом космосе. Для тех из вас, кто свяжет жизнь с орбитальными станциями или, в будущем, с дальними полетами, очень важно уметь выходить за пределы станции для проведения ремонтных работ. У вас до половины работ может проходить снаружи. Да, у каждого объекта на орбите есть защита от космического мусора, но даже она не дает полной гарантии безопасности. Ну, и никто не отменял обычных поломок, которые мы с вами должны уметь исправить. А теперь попрошу вас разделиться на группы по три человека и приступим к первому практическому занятию.
Задача по ремонту была довольно простая: за пределами станции на тросе длиной примерно две сотни метров болтался большой металлический шар. В космос выходило два инженера: работник и страхующий. Работник должен был по тросу добраться до шарика, вскрыть панель, вытащить небольшую плату, вернуться к страхующему и передать ему эту плату. Потом студенты менялись ролями, и теперь уже страхующий шел по тросу, чтобы вернуть плату на место, а ремонтник следил за его действиями. Все движения студентов отслеживал преподаватель через поцарапанный с годами иллюминатор шлюза и мог скорректировать их работу по связи в шлеме.
В каждой группе двое студентов по очереди натягивали скафандр на третьего, по инструкции проверяли герметичность и давали добро на выход в открытый космос. Работа осложнялась тем, что размеры скафандров были стандартные, отчего здоровые парни и миниатюрные девушки могли испытывать неудобство. Но личный скафандр еще надо заслужить, на первом курсе о таком и мечтать не стоило.
Очередь Астры подошла в середине, когда студенты уже успели нашутиться про пускание газов в скафандрах и сопли на стекле шлема. Выход пары ремонтников за пределы станции стал рутиной и даже преподаватель заметно скучал.
Большой и тяжелый скафандр за пределами станции превратился в надутый шарик. Астра быстро поняла, почему студенты при выходе хватаются за все подряд, в том числе и за иллюминатор, оставляя едва заметные царапины. В космосе нет гравитации, теряется ориентация, безумно сложно контролировать свои действия. Почти как на челноке с Эдлером, но там некуда было улететь, а здесь бескрайний космос и единственное спасение — тонкий трос и второй страхующий студент.
Добраться до стального шара на другом конце троса было не очень сложно. Главное — не делать резких движений и все время держать связь со страхующим. Куда сложнее оказалось работать в неудобных перчатках. Пальцы не чувствовали отвертку, которой надо было открутить шесть болтов. Стоило чуть поднажать и тело отбрасывало назад. Открученные болты норовили вылететь из специального контейнера, крышка так и вовсе чуть не уплыла. Но заветная плата в конце концов оказалась в руке Астры.
— Извлечение платы завершено, возвращаюсь к страхующему, — сообщила она в переговорное устройство.
«Принято!» — прозвучал в ответ возбужденный голос второго студента, который с нетерпением ждал, когда Астра вернется и наступит его очередь лезть по канату, чтобы вставить плату назад.
«Угу», — послышался уставший голос преподавателя.
Что-то незаметное дернуло плечо, словно кто-то за него схватил и тут же отпустил. Инопланетные фонарики, которые показывал Сатфорд через планшет? Астра медленно обернулась, но рядом никого не увидела. Прошла секунда и в шлеме запищал тревожный сигнал. Знать бы еще, о чем он предупреждал?
«Сеттан, ты теряешь кислород. Доложи, что у тебя?» — послышался взволнованный голос преподавателя.
— Не пойму, что-то дернуло за плечо, — неуверенно ответила она, пытаясь разглядеть скафандр через неудобный шлем.