Недовольные глаза сидящего под навесом Дамиано смотрели прямо на нее с каким-то явным осуждением, которое, казалось, ядом прожигало кожу.
— Чего это с ним? — спросила Кетрин у находившегося рядом парня, тут же прекратив смеяться.
— С кем? — не понял Томас.
— С Дамиано, — шепнула девушка, — мне кажется, что он просто в ярости.
Раджи удивленно обернулся, кидая вопросительный взгляд на друга, но тот уже успел отвернуться и теперь с равнодушным видом ковырял облупившийся на ногтях лак, вальяжно развалившись в кресле.
— Ишь ты, кто объявился, — недовольно хмыкнул себе под нос Томас, — Эй, Дам, — уже громче, — иди к нам, не отбивайся от коллектива.
Закатив глаза, солист нехотя встал с кресла, напрявляясь к ребятам и закуривая по пути очередную сигарету, крутя в руке пачку Camel.
— Ну, говори уже, что хотел, и я пойду, — прошипел он другу.
— Во-первых, — начал Томас, поравнявшись с ним, — где ты был?
Сморщив нос, Дамиано перевел взгляд с него на Кетрин, которая сидела с очками Раджи на голове.
С его блять сраными очками в волосах.
— Вы двое неплохо спелись, — выплюнул он глядя на девушку, — даже вопросы одинаковые.
Глаза Томаса расширились от неожиданной реакции солиста, но он продолжил, стараясь не подавать вида.
— У нас была генеральная репетиция, это важно, между прочим, а ты, — гневно сказал он, ткнув друга в грудь указательным пальцем, — всех подводишь.
— Я справлюсь и так, — заверил Дамиано, откидывая от своего тела его руку.
— Как знаешь, — пожал плечами парень, — если облажаешься, это будет наша с Кейт любимая история.
Вновь переключив свое внимание на девушку, итальянец раздраженно выпустил в нее сизый едкий дым, заставляя отвернуться, закашлявшись.
Хотелось вывести ее на эмоции, но Кетрин продолжала молчать, глядя на него осуждающим взглядом, который словно пытался разбудить в парне совесть, но это только подогревало злость Дамиано.
— Наша с Кейт, — язвительно спарадировал он слова Томаса, — словно ее мнение зависит от твоего.
Его глаза выжидающе смотрели на девушку, наливаясь гневом. Она уже хотела вскочить со злосчастного шезлонга и ответить что-нибудь колкое, но Томас в успокаивающем жесте положил свою руку ей на плечо.
Ярость уже хлестала через край, Дамиано до скрежета стиснул зубы, а по скулам заходили желваки.
Хотелось положить два пальца в рот и выблевать из себя эту тошнотворную картину вместе с органами.
— Что ты к ней прицепился? — завелся Томас, — тебе мало было?
Да, черт возьми, мало!
— Ты теперь ее защищать будешь, да? — спросил сквозь зубы Дамиано, сжимая кулаки.
— Буду, а тебе-то что? — раздраженно выпалил Раджи, — мне теперь с ней общаться нельзя?
— Нельзя! — выкрикнул солист раньше, чем до его сознания долетел смысл собственных слов. Он нервно поправил рубашку на шее, словно от жары расстегивая четвертую пуговицу.
Всё ещё сидящая молча до этого момента Кетрин поняла, что пришло время вмешаться, пока лучшие друзья ненароком не перессорились за сутки до выступления.
— Еще как можно, — возразила она, поднимаясь, — я сама буду решать, с кем мне общаться.
Горящие злостью глаза Дамиано, не отставая, проследили за ее движением и за тем, как беспомощно рука Томаса упала с ее плеча, когда Кейт подалась вперед. Он усмехнулся.
— Ну что, уже решила? — махнул он головой в сторону Томаса, — или тебе напомнить вчерашнюю ночь? — спросил он с дьявольски-самодовольной ухмылкой на губах.
Ох, как же двусмысленно это прозвучало.
Кейт вспыхнула, чувствуя, как щеки мгновенно залились цветом.
— А что вчера было? — с вызовом в глазах спросила она парня, — что-то не припомню никак…
Хороша, чертовка… Но этого мало.
— Если хочешь, — протянул он приторным голосом, подходя ближе к девушке, — мы можем пойти к порогу моей комнаты, и всё вспомнить… Мы ведь оттуда начали?
— Хватит! — вскрикнула девушка, резко отталкивая от себя его руки. Слёзы брызнули из глаз от одного вида его злобной ухмылки, — ты просто…
— Какое обзывательство будет на этот раз, Кейт?
— Никакого, — всхлипнула она, — я устала от этого… Я не хочу портить всё еще больше…
— Я не порчу, лишь хотел напомнить…
— Хватит говорить эти мерзкие вещи! — перебила его девушка, чуть ли не плача, — почему ты не можешь вести себя нормально со мной?
Почему ты не можешь запретить ему себя трогать?!
Светловолосый всё это время никак не желал отлипать от девушки, даже сейчас приобнимая ее за плечи в попытке успокоить.
— Что в этом мерзкого? — спросил Дамиано, полностью игнорируя вторую часть сказанного, — ты же сама пришла ко мне вчера, — прощебетал он, скользко улыбаясь.
— И я уже жалею об этом, — выпалила Кейт, невзирая на скопившиеся слёзы, — зря я беспокоилась о тебе, зря обняла вчера, это был просто… внезапный порыв, — защищалась девушка, — лучше бы ты и дальше пропадал где-то, как всю эту неделю!
Улыбка тут же сошла с его лица, вновь сменившись яростью.
— Что бы ты и дальше проводила время с Томасом?! — сорвался на крик Дамиано, раздирая глотку.
Глаза девушки округлились от удивления, а приоткрытые губы молча хватали воздух в попытке понять, что она только что услышала.
Это была ревность…?
