— Однажды все равно придется с ними встретиться. Как думаешь, они совсем не чувствуют нас, или отмахиваются от чутья, как от избыточного содержимого их заплечных мешков?
— Все мои знакомые, долго общавшиеся с людьми, отмечали, что рано или поздно люди признавались им в странном чувстве. Люди искали разное объяснение этому, но были довольно единодушны… Ультар, сойдешь с нами на берег? — Последние слова были обращены к матросу, в чьей каюте юные охранники Ингеральда нашли подходящий пункт наблюдения.
— Чего я там не видел! — Ультар широко улыбнулся, потягиваясь в своем гамаке, и заложил руки за голову. — Все человеческие порты одинаковы по-своему. Наши по-своему. — По манере нордов побережья он слегка заглатывал окончания. — Лучше отплывем с закатом дальше в море, будем купаться и кормить дельфинов.
На берег сходили небольшими группами под покровом тьмы, дабы не привлекать ненужного внимания. Даже ночью в порту оставалось немало людей. Те эльфы, кому путешествие было в новинку, изнывали от любопытства, стараясь не слишком заметно вертеть головой по сторонам, но увидеть как можно больше. Налю в этом приходилось особенно нелегко: он должен был безоговорочно следить за безопасностью своего короля. Эльнайри держались в круге эльноров, однако соблюдать этот строй было временами затруднительно.
Первое очарование разрушилось быстро. Непристойно одетые женщины мелькали среди хмельных, не стеснявшихся чужих взглядов моряков. Кто-то, едва держась на ногах, справлял нужду прямо на дороге. Как дочь высокого советника и леди при дворе, Амаранта шла чуть позади королевской четы, и краем глаза Наль заметил, как потянулась к ней чья-то бесстыдная рука. Кровь бросилась в лицо; лишь выдержка воина удержала его, чтобы не рвануться к преступнику, выхватывая из-за пояса хлыст. Амаранту загородил собой сам лорд Нернфрез, и судя по всему, негодяй получил урок, который нескоро забудет.
Тем не менее, путешествие через Франкригг заворожило всех. В походных костюмах средней человеческой знати и в плащах с глубокими капюшонами, как у твайлари, кортеж Ингеральда двигался вглубь земель, встречая необъятные и чуждые равнинные города со столь же обширными геометрическими парками, архитектуру громоздящихся колонн, пилястров и скульптур, расцветающие умеренные леса. Выбор одежды должен был облегчить продвижение: достаточно скромный, чтобы не дразнить возможных разбойников, но достаточно статусный, чтобы встретить долю уважения или готовность услужить от людей добропорядочных. Эльфийские карты местности показывали населенные пункты и прибежища для своих, однако карты устаревали, от подозрений или общих происшествий приходилось бежать и образовывать новые укрытия. Не всегда удавалось придерживаться рассчитанного маршрута или времени. В таких случаях приходилось ночевать под открытым небом или полагаться на человеческое гостеприимство.
Когда церемониальная часть приема в столице Аркаллона, Вьельтаэ́ре, была окончена, Наля, Амаранту и остальных младших гостей обступили их местные ровесники, предлагая свою компанию. Джерлет тренировал юных эльфов в военной академии, как старший друг Наля, Деор. Он тоже был постарше, и даже участвовал в нескольких битвах Последней войны. По ней теперь мерили слишком многие события.
Ничтожные десятилетия между Налем и Джерлетом не помешали им подружиться в тот же день, что и было отпраздновано в таверне «Смеющийся Лис». Пока разница в возрасте между совершеннолетними не достигнет трех-четырех веков, она несерьезна. До почтенного возраста шестиста зим особого уважения заслуживают лишь в силу статуса или личных причин. Джерлет дружил с младшим принцем Аркаллона и на следующий же день представил тому своих новых приятелей. Молодежь не упускала меж переговорами и балами ни одной возможности ввязаться в хотя бы небольшое приключение.
Стоя в числе ближайшей охраны за креслом Ингеральда, в Аркаллоне Наль имел возможность наблюдать переговоры двух монархов. Когда разговор переходил с безопасности на торговлю или путешествия, внимание начинало невольно скользить по беломраморному залу с отделанными местным малахитом, порфиром и норским павлиньим камнем арками. С красотой отделки спорили стоящие в мозаичных кадках яркие крупные цветы с растущими одна из другой головками, огромными тычинками и шипами. Здесь белое вино предпочитали красному, и нужно признаться, оно недурно утоляло разыгравшуюся на жаре жажду, особенно смешанное с водой. Совет требовал от участников строгой формы одежды: сорочку с длинными рукавами, тунику со знаками принадлежности к королевству и Дому.
— Как им не жарко? — почти неслышно проронил рядом Фаннар. Вестери в зале, казалось, чувствовали себя совершенно свободно.
Наль ответил ему недоуменным взглядом, в котором читалось: «Сколько зим ездил ты в Западные Королевства еще до моего рождения?»
«Я все еще не понимаю», — чуть качнув головой, также взглядом заверил тот.