— Усилить дозоры на границах. Исполнять немедля. Никто не должен под страхом наказания выезжать в сторону Кавильота или охотиться на юго-восточных склонах. Покинуть Аркаллон можно лишь получив письменное разрешение.
Встревоженный начальник кивнул и бросился вон со двора.
Ближе к вечеру, когда немного улегся гнев Его Величества, Наль стоял в приемном зале Вьельтаэра. Стоял, опустившись на колено, горячо прося невозможного.
— Ваше Величество, судьба моя в ваших руках. Меня ждут к солнцестоянию, но не ради празднеств и увеселений. Защита Исналора и других Северных Королевств брошена на весы. — Он на мгновение опустил голову. — Долг ваш уберечь Аркаллон, мой — послужить моему королю и Исналору. Рассудите сами, но все, что мне необходимо — разрешение на выезд на рассвете.
Единственная прямая дорога к порту, именуемому эльфами Гаванью-пристанищем, шла близ человеческого Кавильота, а у эльфа оставалось чуть более двух седмиц, чтобы успеть к отплытию «Изумрудной Зари». Он не посмел упомянуть подготовку к свадьбе и назвал лишь исполнение своих прямых военных обязанностей.
— Отец, он невиновен в обнаружении, — негромко заметил Крисант. — Накажи меня дважды, но едва ли составит труда отвести глаза людей шляпой и соответственной одеждой. Двух появлений этих они не соединят, даже увидев.
Руки Гюнтьерна чуть заметно сжали подлокотники кресла в виде лежащих львов с пронизанными золотыми жилками слюдяными крыльями. Суровое лицо вестерийского короля было неподвижным.
— Встань, дитя. Я не виню тебя ни в чем, и лишь попечением моим не только о подданных, но и о гостях продиктованы эти меры. — Он посмотрел на принца. — Как полагаешь, сын, предполагает попечение оставить гостя под защитой стен или отпустить навстречу долгу перед другим монархом?
Крисант закусил губу.
Едва первые блики рассвета забрезжили на горизонте, Наль вышел во двор. За спиной возвышался замок Вьельтаэра — легкий, словно воздушный, со множеством эркеров и резных балконов, усыпанный лепниной. Письменное разрешение короля Гюнтьерна покоилось за пазухой человеческого охотничьего костюма, в котором он путешествовал через Франкригг. Голова была занята мыслями о скорой встрече с Амарантой и военном походе. Как глава семьи, он позаботился уже о двух свадьбах — сначала Эйруина и Дэллайи, потом Эйверета и Айслин. Приближение собственной пробуждало в груди теплый сладкий трепет. Поход на орков назначался на вторую половину лета в связи с орочьим календарем. Когда день пойдет на убыль, орда соберется в полном составе для проведения многодневных празднеств, целью которых являются укрепление боевого духа, прошения к земле даровать военные победы и богатые трофеи. Оценки крупных норских военачальников сходились в том, что это последняя возможность собрать лучшие силы и нанести сосредоточенному на небольшой территории противнику решающий удар. Пока потоки жестоких головорезов, подобно разрастающемуся нагноению, не разлились по артериям Северных Королевств.
На лицах провожающих — Джерлета, Крисанта и Дженвиэли читалось одно и то же. Принц повторил отклоненное накануне предложение, подавая Налю унизанную перстнями холеную руку:
— Я дам тебе провожатых, что доедут с тобой до Портового тракта.
— Не стоит вашего беспокойства, Ваше высочество, — с достоинством улыбнулся тот. — Я один из лучших воинов Исналора, и едва ли найдется мне много равных в скорости и мастерстве. Я могу справиться с тремя орками сразу.
Крисант выгнул гордую черную бровь:
— Кронпринцу Исналора будет несомненное приобретение в лице столь доблестного компаньона. Однако дорога длинна и полна опасностей после нашего приключения, а я могу и приказать.
Наль глубоко поклонился:
— Забота ваша и повиновение вашему приказу для меня великая честь. Однако поберегите воинов, Ваше Высочество. В случае волнений все они понадобятся вам здесь, от чего да сохранит вас Небо. Мне же будет легче полагаться на себя. Не зная заботы о спутниках, как на крыльях долечу я до Гавани-пристанища. Солнце поднимается, я должен спешить.
* * *
Знойный полдень был в разгаре, однако от труднопереносимой для нордов жары частично спасал сжимающий дорогу в зеленых объятиях лес. Легконогая серая лошадь Наля шла бодрой рысью. Крисант не пожалел для него одну из лучших в королевской конюшне.
— Пусть слова твои окажутся верны, тезка, — произнес принц напоследок. — Лети.
В порту Наль передаст Чайку дежурным вестери и взойдет на борт, чтобы в Скерсалоре пересесть на своего Каскада. В здешнем климате он чаще испытывал жажду, однако задержка в несколько суток ради охоты заставляла проезжать мимо искрящихся родников, лишь изредка останавливаясь, чтобы напиться и напоить лошадь. Когда дорога выйдет из гор, родники тоже поредеют, и он не трогал свои запасы воды до этого случая.