расследования по Эдварду Херсту и знает, что в нем участвует Макс. Также мы знаем, что
ты чиста и не совершала никаких правонарушений, но эти фотографии способны нанести
вред.
Я подошла ближе, чтобы взглянуть на экран компьютера, и у меня буквально
подкосились ноги. Он поймал меня и опустил на диван. Несмотря на зернистость
фотографий, на изображении было четко видно, как я сижу за столом с кучей денег.
Липовый официальный представитель был также на этом фото. На следующей картинке я
была в школе и беседовала с группой молодых девушек. На третьей была женщина, очень
похожая на меня. Рядом с заброшенным зданием она брала кучу налички у того самого
мужчины.
— О, Господи! Что это такое? Меня кто-то преследует? На последней фотографии
даже не я. Ты знаешь, кто этот парень? Это тот самый тип, которого ищет Макс.
— Да, мы знаем, кто он. Его только что нашли мертвым. Его звали Лукас Диас, он
работал на одного из крупнейших преступников в том регионе. Его работодатель, приходившийся ему двоюродным братом, владеет крупным бизнесом, легальным и
нелегальным, но мы думаем, что сеть его борделей приносила наибольший доход. Это вне
сферы нашей юрисдикции, но у нас налажены неплохие отношения с местной полицией.
— Как все это связано со мной? Зачем они сфабриковали эти фотографии? И кто, черт возьми, тот двойник, что берет деньги?
— Стелла, кто-то пытается инсценировать получение тобой взятки от Диаса, а
затем используешь свое положение в «JOS», чтобы помочь ему в создании гарема.
— Что? Ты, наверное, шутишь! — воскликнула я, — Разве в это кто-нибудь
поверит?
— Есть еще кое-что, Стелла, и мне нужно, чтобы ты успокоилась. Мы знаем, что
все это полная херня, но местная полиция уже начала расследование.
— Какое еще расследование? И так понятно, что это тупик. Это всего лишь
фотографии, и на одной из них даже не я.
— Три девушки заявили, что ты приставала к ним. По закону, они должны были
начать расследование.
— Не может быть. Почему они все это делают?
— Деньги. Подозреваю, что им заплатили.
— Мы должны остановить это. Это разрушит мой бизнес. Я никогда не смогу
восстановиться после такого. Невзирая на то, что все это сплошное вранье, мое имя
навсегда будет связано с проституцией несовершеннолетних. Что мы можем сделать?
— У меня пока нет ответов на все вопросы, но считаю, это было преднамеренное
нападение на тебя.
— Почему?.. Почему на меня?
— Макс.
— Макс?
— Да, чтобы добраться до Макса.
— Думаешь, это дело рук Эдварда? Он подставил меня? И как это связано с
Максом?
— По моим соображениям, Эдвард чувствует, что петля на его шее затягивается
все туже. Он знает, что Макс проверяет все сделки и в ходе проверки обязательно увидит
несоответствия. Также не секрет, что Эдварда не устраивает то, что Макс — генеральный
директор, а проблемы с Эрикой подлили масла в огонь. Вот поэтому он взялся за
единственное, о что дорого Максу, — за тебя.
— Как, к чертовой матери, уничтожение моей репутации и возможность упечь
меня за решетку может быть связано с тем, чтобы добраться до Макса?
— Опять-таки, это только догадка, но по все видимости он надеется, что мысль об
уничтожении твоей репутации способна заставить Макса поддаться решениям и
стремлениям Эдварда. Он надеется запугать его. А также он знает, что Макс будет
вынужден держаться от тебя подальше из-за выдвинутых обвинений.
— Я даже не знаю этого ублюдка! Я потеряю свой бизнес, репутацию и парня?!
— Макс никуда не денется, он чертовски сильно любит тебя! Он будет бороться
изо всех сил, чтобы спасти тебя.
— Но ему сейчас не до этого. Ему нужно управлять собственным бизнесом. Он так
близко подобрался к тому, чтобы восстановить репутацию компании, которую построил
его отец. Я не могу позволить запятнать его имя.
— Будет лучше, если он этого не услышит.
Раздался стук в дверь, отчего Джейк подпрыгнул и схватил ружье. Выглянув в
глазок, он расслабился и открыл дверь. За дверью суетилась Сара, притащившая сумки с
продуктами. Она бросила их на стол и направилась прямиком ко мне.
Как только она наградила меня сочувствующей улыбкой, я начала всхлипывать.
Она поставила меня перед собой и укутала в своих объятиях. Слезы потекли еще сильнее, когда она стала утешать меня.
— Что произошло, Стелла?
— Я нахожусь под следствием по подозрению в принуждении молодых девушек к
проституции и получении взяток в Южной Америке. Мы думаем, что за всем этим стоит
Эдвард. Он пытается загнать Макса в угол.
— Что?! Я думала, Макс беспокоится из-за того, что кто-то взломал твой
банковский счет.
— В этом заключалась моя проблема четыре часа назад, а пятнадцать минут назад я
стала хищницей, совращающей детей.
Ее потрясенное выражение лица вызвало новую волну слез.
У Джейка зазвонил телефон, и он вышел на кухню, чтобы там спокойно
