Дыши, Энни, дыши полностью

мне, если я позволила своему парню прикасаться к себе в общественном месте? Я была

распутной?

Это были разные уровни вины, но сегодня я вступила в высшую лигу.

Я наклоняю голову, чтобы вода била по спине.

Сомневаюсь, что останусь одинокой навечно. Имею в виду, я хочу однажды завести

детей, а это, как правило, предусматривает необходимость партнера, но я и подумать не

могла, что практически займусь сексом с незнакомцем. А именно это я чуть не сделала

рядом с беговой тропой, на которой тренируюсь в честь своего парня.

Переключаю воду на максимально горячую, обжигая свою кожу до ярко-красного

цвета.

Сегодняшний бег вытеснил мысли из моей головы, но теперь они, вернувшись,

пронзительно вопили в ней. Джереми. Кайл. Хотела бы я вернуться обратно в тот

воскресный вечер. Беззвучные рыдания начинают сотрясать мое тело.

Когда я впервые услышала об этом, то не находила себе места. Мыла посуду. Насыпала

сладости для Хэллоуина на блюдо. Но через час, когда шок прошел, я забилась в

истерике. Мама и Ник по очереди держали меня, убаюкивая. Но сон все не приходил.

Чтобы я могла выдержать похороны, Ник дал мне маленькую белую таблетку. Она

успокоила меня достаточно, чтобы высидеть службу, держа миссис Крокер за руку, когда

на стене мелькали фотографии Кайла. Я никогда не забуду, как его шестилетний брат,

Исаак, спросил своего отца, почему я так горько плачу, и он с трудом выдавил: «Потому

что она никогда больше не увидит Кайла». Он был слишком маленьким, чтобы

понимать, что случилось, но когда я думала об этом, то точно так же этого не понимала.

Ник никогда не говорил мне, какая именно это была таблетка или где он взял ее. Когда

наступили и прошли выпускной бал и день Благодарения, я умоляла его еще об одной

маленькой белой таблетке, потому что мне уже было тошно от плача. Но он сказал, что то

был первый и последний раз. Той зимой, каждый раз, когда слезы наполняли мои глаза,

они стекали в горло, вызывая простуду. Мне было плохо с ноября по январь. Затем я

решила, что не собираюсь больше плакать. Я была слишком зла. Зла на Кайла за то, что

он оставил меня одну, что не взял с собой. Зла на вселенную за то, что не слышала мои

мольбы: «Забери меня, не его. Если бы я только могла вернуть его, я бы сказала «да».

Да, я выйду за тебя».

Зла, что не попрощалась с ним.

Сегодня впервые с того времени я по-настоящему плачу. Я ощущала вину за то, что

чувствовала дрожь, когда Джереми смотрел на меня. Мне нравилось, как он позаботился

о моем волдыре. Смешил меня. Но больше всего мне нравился тот слабый проблеск

надежды, который я хоть на секунду почувствовала.

Ровно на секунду, прежде чем вспомнила, что Кайл был бы здесь, если б я не отказала

ему.

Миранда Кеннелли

Дыши, Энни, дыши

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ПОСЛЕДНЕЕ ЛЕТО

35

N.A.G. – Переводы книг

Кросс-тренинг

Четыре месяца до Городского Музыкального Марафона

– Я хочу, чтобы сегодня вы целиком пробежали всю дистанцию, без ходьбы.

Несколько человек открывают визумлении рот, услышав это заявление, а две

женщины, постоянно бегающие вместе, переглядываются. Мэтт дает нам инструкции для

сегодняшней девятимильной пробежки до реки Маркс Крик. Конечно, мы и раньше

бегали на такие дальние дистанции, но нам всегда позволялось переходить на шаг. Тем не

менее один пожилой мужчина покинул нашу команду после десятимильного тренинга.

Тренировки становятся все более и более интенсивными.

– Я смогу пробежать столько лишь при условии, что буду гнаться за ним, – бормочет

леди рядом со мной.

Я смеюсь. Мы бегаем в команде Мэтта три месяца, но я только пару недель назад

набралась храбрости спросить ее имя. Ее зовут Лиза, и она несомненно старше Мэтта. Не

думаю, что он на самом деле нравится ей. Ей просто нравится смотреть на него. Да и

кому бы не понравилось?

Мэтт заставляет нас растянуться и выпить по стакану воды, прежде чем мы отправимся

на дорожку. Я стартую медленно, постепенно увеличивая скорость бега по мере

продвижения вперед. Странно, что в июне так прохладно, но я благодарна за ветерок. А

еще рада, что приняла пару таблеток ибупрофена перед забегом. Оказалось, что после

этого не так страшно болят ноги.

Когда я достигаю отметки в четыре с половиной мили, ассистентка Мэтта, Бриджит, не

спрашивая, передает мне лимонный Гаторэйд. После трех месяцев тренировок она знает

мой любимый вкус.

– Ты себя нормально чувствуешь, Энни?

Я стараюсь контролировать свое дыхание:

– Да.

– Хорошо. Двигайся.

– Мне нельзя передохнуть, пока я п-пью?

Она улыбается:

– Не-а. Мэтт хочет, чтобы вы научились бежать со стаканчиком в руках. Вам предстоит

это во время гонки. Просто выброси его, когда увидишь мусорку.