Причины моей нервозности не исчезли полностью, кроме одной.
Чейзу чертовски понравилась моя прическа, и очень-очень сильно понравились платье и босоножки. Он продемонстрировал это совершенно ясно своими губами, но при этом не произнося слов. А еще подключил к демонстрации пальцы, и от комбинации руки Чейза в моих трусиках и его языка у меня во рту, я невероятно быстро достигла очень сильного оргазма, будучи прижатой к стене рядом с входной дверью.
Так я избавилась от одной причины нервозности.
Я не стала рассказывать Чейзу о визите Дека, так как не хотела, чтобы он еще больше напрягался, злился или волновался, поэтому решила отложить этот разговор на потом.
Итак, я сосредоточилась на главной причине моей нервозности: напряженном из-за ужина Чейзе.
— Я буду счастлив, когда это дерьмо закончится, — ответил он.
Я тоже буду счастлива за него.
— Милая, она пустится во все тяжкие: нам приготовят еду, будут прислуживать. Она пойдет на все, — предупредил он.
Раньше мне никогда не прислуживали … никто, кроме хозяина дома. Будет странно, но не мучительно.
Поэтому я тихо ответила:
— Хорошо, Чейз. На самом деле, звучит круто.
Он свернул на красивую извилистую дорожку, освещенную с обеих сторон фонарями, вкопанными в газон.
— Блюда приготовят роскошные, затейливые и их будет много. Если тебе что-то не понравится, без всякой вежливости не ешь это. Ешь то, что нравится.
— Хорошо, милый.
Он продолжал ехать по съезду к огромному дому, виднеющемуся на фоне гор и полностью освещенному спереди. Кирпичное строение представляло собой великолепную смесь белого и розового. Ландшафтный дизайн даже под тающим апрельским снегом был в высшей степени удивительным.
— Если она подойдет к тебе слишком близко, вызвав дискомфорт, подай мне знак, и я обо всем позабочусь.
— Со мной все будет в порядке, Чейз.
— Не беспокойся о том, что я подумаю, просто подай мне знак, — повторил он, пока парковался.
Он выключил зажигание, я протянула руку и обхватила его бедро, и его взгляд остановился на мне.
— Я люблю тебя.
Каждая молекула воздуха в салоне грузовика замерла, когда он смотрел на меня в свете приборной панели, а я смотрела на него в ответ.
Я сказала это.
И говорила очень серьезно.
Я хотела, чтобы он знал.
Но говорить все же не планировала.
Тем не менее, мне пришлось.
— Ты ее любишь. И я полюблю ее, потому что люблю тебя, и я говорю не о влюбленности, которую испытывала тринадцать лет. Я говорю о настоящей любви к хорошему мужчине, который поддразнивает меня, заставляет смеяться и чувствовать себя в безопасности, прижимает к себе по ночам, смотрит слишком много спортивных программ и мало гиковских сериалов и доставляет мне потрясающие оргазмы, один из которых я испытала недавно перед уходом из дома. — Я сделала паузу, Чейз продолжал молчать, а я боролась с сердечным приступом, а затем неуверенно закончила: — И ты можешь отложить мои слова в долгий ящик.
Потом я больше не сидела на пассажирском сидении.
Ремень безопасности слетел с меня, Чейз потащил меня через салон и втиснул между собой и рулем, одной рукой стиснул мои волосы, другой крепко обнял, набросился на мои губы и вторгся языком в мой рот.
Ладно, значит, ему понравилось мое признание.
Приятно знать.
Я растворилась в нем, обхватив руками за шею, прижавшись к нему и позволив получить все, что он хотел взять. Видимо, он хотел взять многое, потому что поцелуй длился долго. Он превратился из горячего в обжигающий, и это был один из тех моментов, когда я ощутила, как Чейз прилагает усилия, чтобы оторваться от моих губ.
Но он не отпустил меня и не усадил обратно на пассажирское сиденье.
Он уткнулся лицом мне в шею и вздохнул.
— Короче говоря, — прохрипела я, все еще учащенно дыша и с диким от счастья сердцебиением, — перестань волноваться, дорогой. Все будет хорошо.
— Ты — гребаное чудо, — прошептал он мне в шею, и я закрыла глаза.
Мне нравилось, что он так обо мне думал.
— Я — женщина, — прошептала я в ответ.
— Ты — ангел.
Боже.
Боже, я любила его.
Целиком и полностью.
— Ладно, но я твоя, и думаю, Бог не одобряет некоторые из наших более чудесных занятий, которые мне нравятся, так что, возможно, мы сохраним этот титул в секрете, и я просто буду твоей женщиной.
Он поднял голову и посмотрел на меня в свете приборной панели. Я почувствовала его нежный взгляд, увидела его нежное и расслабленное лицо, прежде чем он прошептал:
— Мне подходит.
Моя уловка, которая заключалась в том, чтобы поделиться меняющими жизнь чувствами, сработала.
Я ухмыльнулась.
Он ухмыльнулся в ответ, прикоснулся к моим губам легким поцелуем, а затем передвинул меня, усадив обратно на мое место.
Погасив фары внедорожника, Чейз оказался у моей дверцы к тому моменту, как я выходила из нее, так что он придерживал меня за локоть. Скользнув рукой вниз, он переплел наши пальцы, оттащил меня от дверцы и захлопнул ее. Затем повел меня по сухому, очень черному асфальту к входной двери.
Странно, казалось, снег был выровнен по бокам от подъездной дорожки. Я предположила, что еслиу вас есть куча денег, то часть из них можно потратить на услуги тех, кто будет следить за вашим снегом.
